Первомай

Как трудно выразить всё то, что на душе,
без жёстких слов.
В потоке междометий, бедняга мечется
в измятом неглиже,
на стыке переломанных столетий.
Поломанные вербы отцвели и дали зелень -
результат люстраций, тех Воскресений, 
тонущих в пыли
послепасхальных красных демонстраций.
Пластмассово-цветочный Первомай,
под осень танками раздавленного года -
последняя советская весна,
израненного радостью народа.
Но продолжают сниться сны весны
ещё два месяца осознанной свободы. 
Ещё два месяца и народится сын -
мой генотип, мой отражатель рода.
Потом узнает он про "мацацикл",
про то, как "пачет дебичка в томате",
а я - про то, что жизнь - всего-лишь цикл,
от первой даты - до последней даты.
Работа, ужин, быстрый перекур,
и в бой зовёт полночная толкучка,
где номерок на местный гарнитур -
в моей ладони, шариковой ручкой.
И на нехитрое житьё дают талон:
на водку, курево и кое-что съестное,
на кое-что, похожее на сон,
что ел, что спал,
что вспоминать не стоит.
В шахе зелёной врезанный мафон,
набор кассет от рока и до рока.
В совковый май я начал марафон...
Спасибо, Господи, что есть ещё дорога!
Моя родная!
Всё переживём:
и два кусочека, забыл какой колбаски,
и снова дом заросший зацветёт
в далёком-дальнем,
самом дальнем Спасске.