Этот мальчик стоял в окружении света

Этот мальчик стоял в окружении света 
И вторил со сцены, что я дорога, 
Что я в безопасности, дома, и где-то 
Внутри меня плакала, сжавшись, душа. 
 
Бесконечная боль, облечённая в слёзы, 
Текла по щекам, ниспадая во тьму. 
Внутри меня силу теряли все грозы, 
Раскатами тая в сознаньи к утру. 
 
И, быть может, я вспомню его ненароком 
Сквозь эхо прошедших счастливых времён — 
Тот голос, звучавший в итоге пророком, 
Тот глас, залатавший мой внутренний дом. 
 
А быть может, не вспомню, сочту фамильярным, 
«Цыганщиной» жуткой у входа в метро, 
В стихи перешедшим тем самым Полярным, 
Но разве то истина, если нутро 
 
Разрывается в клочья, на сотни осколков 
Комет, ослепляющих тьму в глубине 
От слов, очевидных любому ребёнку, 
Растущему розой в «нормальной» семье? 
 
Я не роза, увы, как бы мне ни хотелось, 
(А хочется часто, здесь врать смысла нет), 
Мне хочется, чтобы нигде не болелось, 
Не ныло зверьём, избегающим свет. 
 
И вот вроде мне хочется взять всё и бросить, 
Пустить бесконтрольно упрямый поток... 
Но что мне ответить, когда меня спросят: 
«Какой в твоей жизни был главный урок? » 
 
А их так было много, что, право, я в спешке 
Решаю вернуться на эту тропу. 
Сегодня мне Вова читал о поддержке. 
Я выстою, верно. И я полюблю.