Москва интерфейс тишины

Любовь здесь — не вспышка, а тихий процесс в фоне,
Запущенный в сердце под шум кольцевой.
Два силуэта в ночном позабытом вагоне —
Это весь наш авангард, наш диалог немой.

Искусство — не полотно, а разрывы в бетоне,
Где трава пробивается с дерзкой тоской.
Это граффити на сером, мрачном заборе —
Крик, застывший между гибелью и вспышкой живой.

Жители — скрипты, что бродят в сумерках спальных районов,
Неся в головах беспокойный, неясный заряд.
Мы грузимся в вагоны, как данные в порты зелёные,
И в глазах каждого — переполненный склад.

Любить — это верить, что в точке «Ясенево» — «Планёрная»
Есть станция «Ты», не внесённая в общую схему.
Это слышать за грохотом колёс тишину безразмерную
И ловить отраженье своё в её тёмном уму.

А искусство — это твой взгляд на Арбате, случайный и острый,
Что режет душу, как стекло витринных палат.
Мы — картины, что пишут себя на морозе отчаянно, быстро,
Пока нас не стёрло серое утро назад.

Мы, москвичи, — боль, упакованная в гранитные формы.
В нас кипит метафора, которую некому рассказать.
Мы ищем друг друга в толпе, как спасенья от шторма,
Чтоб хоть на минуту друг с другом молчание держать.

И пусть этот город — жёсткий диск, переполненный страхом,
Где любовь — это риск быть удалённым в корзину, как файл,
Я чувствую — где-то в ливне яростном, что промочит нас махом,
Нас ждёт не стыкуемый, вечный, немыслимый шанс.

Мы — авангард. Это значит — мы первые видим трещину
В стене между былью и вымыслом, между светом и тьмой.
Москва, ты — и рана, и стих. И в твоём ледяном интерфейсе
Мы пишем любовь обновлённою, хрупкой строкой.