В роскошном зале, между троном...

В роскошном зале, между троном
и скособоченной стеной,
что дамам следуя в поклонах,
была влюблённой и живой,
царило тихое волненье,
что было выше высших сил,
одно безмолвное движенье,
когда на трон он восходил,
стена была его спиною,
она болела иногда
такою болью костяною,
и в этом не было стыда.

Ничто не чуждо человечье
тому, кто троном наделён.
Корона - вот оно увечье,
в ней разум властью помутнён,
он сдавлен узкими краями,
металлом сплющен его диск;
когда на троне - я хромаю
одной извилиной в мениск.
О эти боли эгоизма
гордыни, тронутой судьбой,
не стоит трон
(а он и тризна!) -
он между тазом и землёй.

Хочу
русалкою на ветке,
а подо мной бежит река,
на ней сияют солнца слепки,
и
дроны кружат -
овода!
Пленит вода, я повторяю: 
вода - вот истинный святой!
Поёт русалка, распуская
Косу над чистою водой.

Меня Вы тронули рукою, сказали тихо: - “помолчи, когда бы были мы водою… Вода - для разума ключи!”