9

9

Поезд тронулся. Всё было так же: те же пассажиры, те же торговцы дешёвым ширпотребом, те же согбенные бабульки, предлагающие здоровенные пирожки  с капустой и картошкой, те же контролёры…
Всё так же, только теперь он ехал домой, и в наушниках звучала другая музыка – «Аве Мария», в исполнении Андреа Бочелли…

И сон другой:
Огромное помещение, по стенам сплошь заставленное ветхой, неприглядной мебелью. Много людей. Люди суетятся. Иных он узнаёт, иных – нет. Но все, по ощущению свои, близкие. Вдруг мебель стали выносить. Вынесли и оказалось, что это храм. Широченный и высоченный. Взор едва достигает купола. Все стены увешаны иконами, но не живописными, а резными по дереву. Местами резьба чудесно раскрашена нежными красками, сияющими подобно драгоценным самоцветам. Люди суетятся. Идёт реставрация. Или реконструкция. Спящий принимает участие. Вот начали разбирать страшный, зашарканный вековыми приходами паркет. Смотрит, из-под дощечек паркета выглядывает угол резной доски. Берёт её и обрадовано кричит:
- Нашёл!
К нему подходит молодая женщина. По ощущению, главный архитектор-рестовратор-реконструктор.
- Что вы так кричите? Что у вас?
- «Аве Мария»! Нашёл под паркетом.
- Хорошо. Положите вон на тот стол.
Положил. Опять всматривается в груды паркетных дощечек. Вдруг опять находка. На этот раз монета. Золотая, огромная, едва умещается на ладони. Изображение невозможно разглядеть – монета сияет, как солнце. Нет, подумал, это я не отдам, это моё, и сунул монету в карман.

- Мущщина, ваш билет. – и тронула спящего за плечо.
Человаров открыл глаза, снял наушники, в которых теперь звучал тёплый, медленный джаз.
- Как же вы всё время не вовремя… – недовольно пробурчал, доставая из кармана билет и пенсионное.
- Спасибо. Приятного пути.

Музыки не хотелось, но глаза закрыл, в надежде на продолжение чудесного сна. Увы, сна как не бывало. Но ощущение солнечной монеты продолжало волновать. Он сунул руку в карман, куда спрятал её от сонных людей, но там был только носовой платок. Георгий Васильевич внимательно вслушался-всмотрелся в себя – монета горела в сердце. Понял – это талант, дар Божий. Подумал, но что с ним делать теперь – как реализовать, как преумножить в этом возрасте, в состоянии неумолимого дожития?
- Подарю ей…
- Это вы мне? - в один голос спросили соседки по вагонному дивану.
Он открыл глаза и увидел-почувствовал, что плотно зажат двумя пышными, средних лет дамами.
- Извините, не вам…


17.03.2026

(От автора:
Этот текст, все 9-ть глав, я посвящаю моей жене Елене,
в качестве подарка ко дню рождения)