Тридцать лет и три года или скелет в шкафу

               

С тех пор прошло, как в сказке, тридцать лет
и три (в довесок) года пресловутых.
Истлел в шкафу запрятанный скелет
в масштабы непомерные раздутый.

Припоминает снежный океан
огни шале в рождественских уборах,
минором поминает нотный стан
тоску-печаль гитарных переборов.

Туманы, бесконечный снегопад,
ручьи огней, струящихся по «встречке» -
мой «прятальщик» на выдумки богат -
что не сбылось, летит стихами в вечность.

Пособие влюблённым дуракам
ветхозаветным мающимся нравом:
здесь было сердце — чувств сокрытый храм,
тут свет очей лазурной амальгамой.

Воздушным шаром  восходил рассвет,
земная быль уменьшилась в значенье,
и мокрый луг, и волосы в росе
перечили небесному биению.

Сердечный ритм нашёл свой ареал,
душа и тело прекратили распри,
Как жадно монгольфьер огонь  вдыхал,
так жар любви надежду обретал
и голосил: per aspera ad astra!

Смешны воспоминанья «на костях»,
на этих — точно, ничего святого:
наткнёшься вдруг, ударишься о «шкаф» -
букетик искр — ни молнии, ни грома.

Утайка до добра не доведёт...
Потёртый «шкаф» наладился на вынос.
Без горестных напутствий наперёд,
чтоб камня напослед не бросить в спину.

Вздыхает ночь — у каждого свой «шкаф»,
в нём — тайники, растратившие важность,
нет смысла у поверженных держав,
и спасу нет флотилиям бумажным.
                *
Облизывал брусчатку мелкий дождь.
Трактир в огнях служил подсветкой лужам.
От солнца зонтик явно был негож:
весь вымок и простудно занедужил.               
               
      16 марта 2026 год