Девушка с пирсингом

В тёмной арке на углу, где мигает фонарь
Ты стоишь в мятой куртке, мой личный бунтарь.
Чёрный лак на ногтях, взгляд острее ножа,
От твоей дикой боли по коже мурашки и ржа.
Я стираю контакты, забываю друзей,
Только б стать на минуту хоть немного слабей
И поддаться тому, что ты тянешь на дно —
Мы врубаем на максимум это немое кино.

Предки бьют в набат: «Она точно с приветом!»,
Но мне нравится мёрзнуть с тобой перед самым рассветом.
Ты смеёшься в лицо всем запретам подряд,
В твоих венах гуляет неоновый яд.

А на лестничной клетке пахнет жжёной листвой,
Девочка с пирсингом, я абсолютно больной.
Ты бросаешь окурки в пустоту этажей,
Я ловлю каждый выдох, становясь только злей.
Мы танцуем по краю разбитых витрин,
В этом городе мёртвых мы живы одни.

Прячешь шрамы от мира под объёмный худи,
Говоришь, что нет сердца в этой тесной груди.
Убегаем от правил сквозь дворы наугад,
Для системы — ошибка, для меня — сущий клад.
Холод бьёт по щекам, перекрыты мосты,
Из всех сложных маршрутов мне нужна только ты.
Почему ты всё время бежишь от тепла?
Просто снова сгорела, просто снова дотла.

Я не буду спасать, я хочу с тобой падать!
Разбивать зеркала, эту чёртову память!
Пусть кричат нам вослед, пусть грозят небеса,
Я смотрю только в эти пустые глаза.
Мама скажет «очнись», мама скажет «беда»...
Но я прыгаю следом за тобой навсегда!

А на лестничной клетке пахнет жжёной листвой,
Девочка с пирсингом, я абсолютно больной.
Ты бросаешь окурки в пустоту этажей,
Я ловлю каждый выдох, становясь только злей.
Мы танцуем по краю разбитых витрин,
В этом городе мёртвых мы живы одни.

Девочка с пирсингом. Ночь напролёт.
Лёд в твоём голосе больше не жжёт.
Только мы. Только пульс. Темнота на беду.
Я нашёл свою лучшую в мире звезду.