И семь пороток не пригодилось в марте...

И семь порток не пригодилось в марте. Игрушек зимних в облаковой вате давно Господь прибрал до декабря. Пьёт крепкий кофе, машет снегирям – летите, мол, нарядные, далече.  Звенит капель, теплынь течёт на плечи, след самолёта в сини неба прям. Рассада прет, и фикус, и запал. Последний – тот вообще неиссякаем. В пылу сует мы завтрак пропускаем, и некоторым светит худоба. Часы полны и песен и лучей, осколки льда несёт в себе ручей, по ним, чудесно бойко, крибли-крабли, мелькает пенопластовый кораблик. Погреться выползает домовой, кудлатою качает головой.

С югов вернулись Алконост и Сирин, покуда не вернулся Гамаюн. Вороне март послал кусочек сыра, что дешев, и не выдержан, и юн. Фонарь всё больше спит, всё меньше светит. Вокруг пекарни сдобой пахнет ветер. Не за горами и апрель и май – ты только успевай их всех поймай! Ну а пока по мартовским следам иди смелей неведомо куда, ищи скорее то, не знамо что, в провинциальный город золотой. Кто не догонит – с тем не по пути. Не верующих в чудо пруд пруди! Но ты-то знаешь – вот оно, под боком, недавно было названо Имболком, и расцветает примулой в груди.

16 марта 2026 г.