I. Вифлеем над Петроградом

В те дни вышло от кесаря Августа повеление сделать перепись по всей земле. Пошёл также и Иосиф из Галилеи, из города Назарета, в Иудею, в город Давидов, называемый Вифлеем, потому что он был из дома и рода Давидова, записаться с Мариею, обручённою ему женою, которая была беременна. Когда же они были там, наступило время родить Ей; и родила Сына своего первенца, и спеленала Его, и положила Его в ясли, потому что не было им места в гостинице. Когда же они отошли, — се, Ангел Господень является во сне Иосифу и говорит: встань, возьми Младенца и Матерь Его и беги в Египет, и будь там, доколе не скажу тебе, ибо Ирод хочет искать Младенца, чтобы погубить Его.
(Лк 2:1–7; Мф 2:13)
——

Замело все гостиницы над Петроградом.
В эту ночь я не сплю — прожигаю фонарик глазною корой.
Он мигал, как звезда, над красным фасадом,
Над разбитой Вифлеемской землёй.

А вдали — двенадцать опричников встали,
Маршируют, пророчат, поют
Голосом учредительных собраний.
Причастился я к ним. Я — их суд.

Шли мы долго, но смело, метели пугая.
Вдруг услышал я детский и хриплый смешок.
Там Катька и Ванька блудные в подвале
Имперские песни поют ни о чём.

Их лира — осколок, их дар — полуслово.
Другими глазами взглянул на лицо
Той, что ждала в подворотне, у дома.
Мария — мне мать. Я иду за Христом.

А я всё стою — ни опричник, ни пастырь,
Ни блуден, ни свят, ни живой, ни мертвец.
Мне метель напевает: «Пиши, не напрасно,
Ты — голос, ты — эхо, ты — тот, кто певец».

А там, за подвалом, за Катькиным смехом,
За красным фасадом, за чёрной Невой,
Кто-то тихо лежит, повитый успехом,
Пленённый метелью — Новой Звездой.