К юбилею гимназии

Советская школьная форма

Родители советских детей ещё летом ломали голову не просто над тем, как одеть ребёнка, а где приобрести школьную форму.
В 1980 годы со школьной формой для девочек почему-то было проще: в магазинах - большой ассортимент коричневых шерстяных платьев, повседневных чёрных фартуков и праздничных белых. Мамы модниц шили для дочек красивые кружевные фартуки. Воротнички и манжеты у каждой советской школьницы, словно почерк. Красивые, аккуратно пришитые, всегда белоснежные и неповторяющиеся!
С формой для мальчиков, с одной стороны, было проще: белая рубашка, синие брюки и пиджак. Всё стандартно, немарко, практично! Но, с другой стороны, именно мальчиковую форму в магазинах приобрести было сложнее. Почему-то всегда возникал дефицит с нужным размером. А потом мальчишки растут быстрее, старая форма трещит в плечах, брюки открывают щиколотки, рукава - запястья.
Учителя старались войти в положение родителей, что по разным причинам не могли приобрести школьную форму. Но вот отпетых хулиганов , не желающих одеваться, как все, гоняли по полной.
Мы, советские ученики, будучи дежурными ходили по школе в красных повязках на руке и следили за тем, чтобы дети не шалили на переменах, октябрята носили звёздочку с портретом Ленина, а пионеры - правильно повязанный красный галстук. А ещё у нас работала санитарная дружина, проверяющая чистоту рук у детишек перед обедом. И что самое интересное: все уважительно относились к ученикам-дежурным и ученикам-санитарам, потому что знали: рано или поздно сами окажутся на их месте.

Первый учитель

Моим первым учителем была Антонина Алексеевна Шаронова. Строгая и добрая, требовательная и заботливая, серьёзная и жизнерадостная! Наша вторая школьная мама, научившая нас, советских детишек, бегло читать и красиво писать, быстро считать в уме и наизусть знать песни о Родине, рисовать иллюстрации к стихотворениям и вышивать цветочки на белой хлопчатобумажной салфетке, собирать в  лесу листочки для гербария и штопать носки, делать из яичной скорлупы клоуна.

Особенно запомнились наши внеклассные мероприятия. Однажды на урок чтения пришли пятиклассники в костюмах сказочных героев - выпускники Антонины Алексеевны - и показали нам сказку "Двенадцать месяцев". А потом мы сами, будучи такими же пятиклассниками, показывали сценку для первоклашек из сказки "Три поросёнка".

Накануне январских праздников мы каждый год с первой учительницей, родителями и нашими шефами ходили в лес, наряжали самодельными игрушками ёлку, водили хороводы, пели, играли, ели приготовленные дома блины и тортики.

А в мае, перед летними каникулами, Антонина Алексеевна брала нас и наших родителей в поход в ленинский лес или Кодинку, где мы переплавлялись на деревянных лодках на другой берег Исети. И что самое удивительное: наша любимая учительница превращалась в заправского гребца, умело работая вёслами. Во время пикников у нас проходили спортивные игры, песни, фотосессии.

Когда мы перешли в среднее звено, Антонина Алексеевна продолжала с нами общаться, приглашая на классные часы к новым первоклашкам, интересуясь нашими успехами в других школьных предметах, наблюдая за нами, уже взрослыми состоявшимися людьми со стороны.

Иногда кажется, что откуда-то сверху смотрит на своих учеников их первый учитель и улыбается...


Учитель-артист!

Эпатажная в своих ярких блузках и юбках, в бусах и браслетах из камней, с копной кудрявых седых волос, с раскатисто-певучим голосом. Образ не советского учителя, а настоящего артиста целой советской эпохи! Виктория Тимофеевна Хваткова - учитель русского языка и литературы, отдавшая школе №4 больше полувека.

Она взяла наш сложный 9 класс, когда с нами не могли справиться другие, даже опытные учителя. С первых минут мы почувствовали, что с ней не забалуешь. И пронзительным взглядом и сильным голосом она могла приструнить любого хулигана, а в дальнейшем заинтересовать и увлечь своим предметом.

Иногда на уроках литературы Виктория Тимофеевна показывала нам диафильмы и фрагменты советских фильмов, экранизированных по произведениям русской классики; часто с докладами выступали мы сами; порой уроки превращались в театральную постановку, где наша учительница могла прочитать разными голосами за персонажей.

Уроки русского языка были чёткими, информативными, с ведением тетради для правил, с заучиванием лёгких и забавных фраз типа: уж замуж невтерпёж, цаган на цыпочках подошёл к цыпленку и цыкнул: "Цыц!", пастушок Фока хочет щец...

Но иногда во время диктанта вдруг заливисто начинала петь канарейка, что жила в клетке в кабинете, и тогда Виктория Тимофеевна произносила: "Ребята, давайте послушаем немного, как поёт канарейка!"

Наша учительница любила слушать и канарейку, что неожиданно могла запеть на уроке; и ребят-хулиганов, в перемену бренчащих на её старой потёртой гитаре,жившей в кабинете; и какого-нибудь хорошиста, тихо и выразительно читающего наизусть стихотворение у доски.

Вечером мы видели, как она в своём приталенном чёрном пальто и кокетливой шляпке превращалась в современницу её любимых поэтов Серебряного века и несла в одной руке - дамскую сумку, а в другой - наши изложения и сочинения. Она со временем стала грустно шутить: "На моих похоронах вместо цветов бросайте на могилу школьные сочинения!"

Но когда навеки провожали Викторию Тимофеевну, все её друзья, коллеги, выпускники плакали и оставляли цветы, море цветов как благодарность за всю её любовь к людям!