***

Они приходят во снах. Не каждый день, не часто,
А лишь когда мы устанем так, что нет сил держать броню.
Они смотрят с укором? Да нет. Скорее участно,
Как будто хотят сказать: «Я тебя по-прежнему храню».

Их больше нет в этом мире, где светятся окна и едут трамваи,
Где пахнет весной и кофе, и кто-то спешит обнимать.
Они – там, где время кончается, где не играют, не знают,
Как трудно без них научиться дышать и вставать.

Мы думаем: «Вот бы сказать, как мне жаль, что тогда не успел,
Не досказал, не дождался, не взял за руку, не обернулся».
А они бы ответили: «Тише. Я всё понял. Я всё рассмотрел.
Ты живи. А я рядом. Я просто чуть-чуть отвернулся».

Их голоса не звучат в телефоне, не пишут в мессенджер,
Их почерк не ляжет на белый конверт утром в дверь.
Но если прислушаться сердцем, то тихий, надёжный, безбрежный
Их шёпот прорвётся сквозь время: «Я здесь. Я с тобой. Ты проверь».

Мы носим их в себе. В жестах. В привычках. В том, как молчим.
В том, как боимся высоты, или любим грозу, или плачем под ветер.
Они не ушли. Они стали тем светом, за которым мы ходим по кругу ночами,
И в каждом «прощай» навсегда остаётся надежда на «встретим».

А память – она не болит. Она просто есть.
Как кольцо на руке, как рубец, как дыханье, как имя.
И если ты плачешь – не бойся. Ты плачешь не зря. Это честь –
Носить в себе тех, кто навеки стал нашими, стал ими.

Им не нужно цветов. Им не нужно оград и оградок.
Им нужно одно – чтобы мы не сломались, не сгинули, не пропали.
Чтобы жили за них. Чтобы каждый наш день был подарком,
И чтобы однажды, когда мы уйдём, нас тоже встречали и ждали.