Рыболов

Туда не добраться на внедорожном автомобиле,
Туда не летает ни самолёт, ни дирижабль.
Те, кто живут там — когда-то здесь заблудились.
Теперь ведут быт свой, словно в Сибири жабы.

Есть в том колхозе шулер седой Виталий,
Есть у него в хозяйстве два стада бесов,
Три колодца и двести штук золотых медалей,
Свободное время, удочка и волшебная леска.

(О волшебных свойствах её он совсем не знал)

Есть в сотне аршинов от его дому место:
Окутано лесом, холмами без тропок, вся в ревени.
Попасть туда можно только случайно, если
Забрести против самых своих сердечных намерений.

Место славится в узких кругах Виталиной памяти
И двух свояков его, что иногда забегают проведать,
Уловом таким, что завидовать будут на паперти,
И ходить по округе в домах об улове беседы.

(Распускал их обычно как раз сам Виталий)

Он вылавливал:
Мраморный замок 7-го столетия, яхту в пакете и сборник комедий,
Гамму из рамок слепого соцветия, шахты в сюжете и вторник для леди,
Проволоку меди, по волку детям, спящих медведей, храпящих соседей,
Два мешка снеди, пират (он безвреден), закат, что двухцветен, томат, что не съеден
И двух карасей.
Всё — без рыболовных сетей.

Но то был один из тех самых дней, когда чуть осталось до первых лучей.
И, кажется, шло всё в порядке вещей:
Вернуться ни с чем, сочинить горсть поэм,
А как улов показать — извиняйте, я нем.

Заброшен крючок, вглубь до самого дна, и вот поплавок маячит — пора.
Видна не одна, то нога, то карга,
То вовсе от космо-машины дуга.
И светится, словно искрится зелёным.
Старается-тянет наверх всё сильней.
И вот показалось над озером темным
Сукно в инкрустрации ярких камней.

Под пение ангелов, арфу да лиру,
На озере где-то в глубинке страны
Достал рыболов изнанку мира
В семь тысяч пядей длины.

Он вывернул жизни уклад на испод,
Вот — все теперь ходят печальные.
Простите, а кто всё обратно вернёт?
А в ответ — извиняйте, молчание.

27.08.23