Когда моё сердце устанет стучать безответно

Иногда ... напишется такое (!)...
Словно и не собственной рукою,
Словно и не собственной всей мутью,
А какой-то неподвластной сутью,
Самой-самой суще-настоящей,
В сердце всё занозою сидящей,
Всё душе покоя не дающей,
Всё, от Бога, самой-самой сущей ...



Когда моё сердце
устанет стучать безответно
И я весь отчаюсь
и весь изойду на тоску -
Ничто и никто,
даже Бог, не наложит мне
вето
Не мочь вам сподобить
последнюю в жизни строку.

Какой  она будет? ...
Не знаю ...
Не знаю ... , но знаю (!),
Что в ней будет столько
такой нестерпимой тоски,
Какой не имела
ещё ни какая иная,
Какую Всевышний
берёг всё для этой строки.

И я ею выжгу
из сердца последнюю правду
Всей трепетной сути,
исконнейшей самой, своей,
И всю вам её,
как ценнейшую в жизни
награду,
Чтоб вам с нею жить
на земле до скончания дней.

О, как я готов весь
и как не страшусь
ничего я,
О, как я так верю,
что будет мне это дано ...
Не зря ведь ночами
и днями, надрывно так воя,
Я с сердцем уставшим
сжимаюсь до боли в одно:

Такое ..., такое,
что дух цепенит и подъемлет,
И вот-вот обрушит
в последний
предсмертный  полёт,
Сложивши крыла
и разбившись
о  скорбную землю
С последнею верой,
что мир это
всё же спасёт.