Гранитный воин

 В тиши лесной, под тенью крон сосновых,
Где воздух чист и дышится легко,
Лежит земля, принявшая героев,
Что с той войны ушли так далеко.

Поселок спит. Зелёный Краснолесный.
Но память здесь не дремлет, а болит.
Гранитный воин, битвой обожжённый,
Над братскою могилою стоит.

И женщина, в тоске склонившись долу,
Припала к каменной его груди.
Как будто шепчет горькую крамолу:
"Родной, побудь со мной, не уходи"

Воронеж бился. В дыме канонады,
В огне и стонах раненой земли,
Сюда, в лесные тихие палаты,
Бойцов израненных грузовики везли.

Их штопали, лечили, бинтовали,
Но смерть была безжалостней, сильней.
И тех, кого спасти не успевали,
Хоронили с почестью, средь сосен и теней.

Здесь двести девять душ нашли покой свой вечный,
Под мраморной плитой, в сырой земле.
Их подвиг вписан в память бесконечной
Строкой фамилий на холодном хрустале.

А рядом те, чей труд был ратным делом,
Кто под огнем врага пути мостил.
С Семьдесят девятого батальона смело
Здесь каждый до конца Отчизне послужил.

Та пятая бригада под бомбежками
На станции на Графской бой вела.
Их жизнь рвалась фугасными осколками,
Когда земля от взрывов в небо шла.

Теперь они лежат единым строем –
Солдат, и офицер, путеец.
Их обняла земля, как мать героев,
Сложив на грудь терновый им венец.

И вечный караул несут деревья,
Смыкает веки скорбная вдова...
А в именах, застывших в камне древнем,
Живет Победы горькая молва.