Цена спасенья

Фонарь качался над пустой дорогой,
Луна скрывалась в серых облаках.
Шёл парень тихий, не просил у Бога
Ни лёгких дней, ни злата в сундуках.

Вдруг крик девчонки в тишине полночной,
Три тени злых у каменной стены.
Удар в лицо, второй, по почкам, точный,
Глаза врагов безумием полны.

Но тело парня ковано  из стали -
Приёмы боя, воля и расчёт.
Они в пылу совсем не понимали,
Что час расплаты скоро их найдёт.

Хруст рёбер звонкий, крики в подворотне,
Ломались руки, ноги — в прах и дым.
Лежат враги в грязи, как в преисподней,
А он стоит, охвачен злом седым.

Пять долгих лет за правду и за смелость,
Пять мёртвых зим под скрип дверей стальных.
Но сердце в стужу только отогрелось,
Не зная страха в буднях ледяных.

Судья суров, закон бывает строгим,
Но честь дороже жизни и оков.
Ведут домой тернистые дороги
Сквозь шум ветров и вой седых волков.

Тюрьма и мрак - закон немой неволи
Его натуру вовсе не сожгли.
Там было много горечи и боли,
И дни разлуки медленно текли.

Он верил в свет, в открытую улыбку,
В глазах хранил сиянье прежних дней.
Простил судьбе тяжёлую ошибку,
Стал лишь мудрее, чище и сильней.

А там, за дверью, в мире за забором,
Жила душа, чей голос звал в ночи.
Она ждала с надеждой и укором,
Храня в руках заветные ключи.

Свиданья, письма, полные печали,
И передачки в холод и в жару.
Её глаза во тьме ему сияли,
Как огонёк на северном ветру.

Засов открыт,  ворота распахнулись,
Свободы воздух грудь его обжёг.
Минуты счастья наконец вернулись,
Закончен долгий, каторжный прыжок.

Она стояла в старом синем платье,
Слеза катилась по её щеке.
И он шагнул в заветные объятья,
Свою судьбу зажавший в кулаке.

Пять долгих лет за правду и за смелость,
Пять мёртвых зим под скрип дверей стальных.
Но сердце в стужу только отогрелось,
Не зная страха в буднях ледяных.

Судья суров, закон бывает строгим,
Но честь дороже жизни и оков.
Ведут домой тернистые дороги
Сквозь шум ветров и вой седых волков.

Несчастье стало дверью в мир прекрасный,
Где верность выше золота и слов.
Теперь их путь — безоблачный и ясный,
Под сенью тихих, добрых облаков.