За три минуты до весны. Расплата

Глава 25 Расплата

О, как убийственно мы любим,
Как в буйной слепоте страстей
Мы то всего вернее губим,
Что сердцу нашему милей!
Ф. Тютчев

Предательство Сары стало для меня настоящим ударом, после которого я потерял всякий ориентир. Я начал топить свою боль в спиртном, и моя душа словно почернела от этой беспутной жизни. Я метался от одной женщины к другой, не в силах построить ничего настоящего, и каждый раз оставлял их позади, как будто они были лишь пешками в моей собственной игре саморазрушения.

Я чувствую, как во мне накопилась горечь и злость на весь мир, но особенно остро я переживаю обиду на своего брата Брюса. Сара для меня чужая, и я знаю, что женщины могут быть непредсказуемыми. Но Брюс... он моя кровь. Я всегда считал его своим, защищал, заботился о нём, особенно после того, как мы потеряли маму Кэтрин. Я верил в него, вкладывал в него свои силы и надежды. И то, как он поступил со мной, – это было настоящим ударом, подлостью, которая ранила глубоко.

Сейчас я не могу найти покоя. Мне больно от того, что произошло, и я чувствую, что должен что-то сделать. Я хочу, чтобы они оба поняли, как сильно меня обидели. Я не успокоюсь, пока не почувствую, что справедливость восторжествовала, пока не увижу, что те, кто меня предал, понесли последствия своих поступков. Это моя боль, и я не могу просто забыть о ней.

Я решил, что моя месть начнется с Сары. Питер страдает, он плачет, особенно когда наступает ночь. Его вопросы: "Где мама?" – терзают меня, но я не могу поддаться жалости. Даже Берта, которая отчаянно ищет её, не может меня тронуть. Я выбросил её на улицу, так же, как и Сару оставил наедине с её судьбой. Она сама виновата.

Я обрубил все концы, не желая больше никаких связей с Сарой. Этот ангел, который когда-то казался мне таким, оказался самым настоящим чудовищем. Она не унималась, всё пыталась достучаться до меня, но моё презрение к ней росло с каждым разом, становясь всё сильнее. Я никогда не думал, что могу так ненавидеть. Вся моя сущность, каждая клеточка моего тела, испытывала жгучую ненависть к предателям.

Мысль о том, что сын может уйти к Саре, стала для меня настоящим ударом. Я понял, что не могу этого позволить, и готов был бороться до конца. Тогда мне пришла в голову мысль, как можно её остановить. Я решил, что должен сломать её, лишить  возможности быть тем, кем она является, и заставить её  понять, что такое потерять всё. Я хотел, чтобы  жизнь Сары изменилась кардинально, чтобы она больше не могла причинять боль.

Наконец-то! Я нашёл того, кто мне задолжал. И этот человек, надо отдать должное, справился со своей ролью просто блестяще. Подбросил ей наркотики в сумку – идеально. Я узнал, что Сара в тюрьме, и меня просто накрыло волной чистого, неподдельного удовольствия. Пусть она там и сдохнет, это будет лучшим исходом. А Брюса... Брюса я тоже накажу. Всему своё время.

Я решил навестить Сару в тюрьме. Она вышла мне навстречу, и на её лице сияла улыбка. Она, должно быть, подумала, что я пришёл её защитить. Но когда я увидел её – растоптанную, в грязи, – я не смог сдержать презрительной улыбки. Она поймала мой взгляд, и в её глазах мелькнуло понимание.

"Как же жаль, Сара, – с удовольствием произнёс я. – Не меньше семи лет тебе сидеть. В тюрьме всё может случиться: и Питер тебя забудет, и работать врачом ты больше не сможешь. Мы с тобой в расчёте."

Ужас исказил её лицо, а глаза превратились в ледяные острова. Я никогда не забуду этот отчаянный взгляд. Следующие пять лет он будет сниться мне в кошмарах.

"Поздравляю, Аллен, – голос Сары был холоден, как лёд, но в нём звенела ярость. – Ты добился того, что я тебя ненавижу. Ненавижу так же, как ты меня. И знай: прощения тебе не будет. Никогда." Её слова вонзились в мою душу, как острый нож.

Увидев, как после слов судьи её уводят, я почувствовал, как земля уходит из-под ног. Родные плакали навзрыд, Энн тоже не могла остановиться. Но когда я заметил слезы в глазах Брюса... я никогда не думал, что такое возможно.Тогда я понял, что натворил. Понял, что уже ничего не исправить. Я сломал жизнь той, кого всё ещё любил, превратил её в кромешный ад. И нет мне прощения за это.

Продолжение следует...