Воланд Ч. 18. После бала

(Поэма по мотивам романа М. А. Булгакова "Мастер и Маргарита")

А в спальне чёрного мессира
Всё было, как и в первый раз.
Но лишь служанка не месила
Варева. Ну а сейчас

Сидел без фрака Азазелло
За столом, а с ним Фагот.
Служанка рядом же сидела,
А между ними Бегемот.

Коту служанка замечание
Сделала за внешний вид:
«Какое жалкое создание?
Зачем сутуло так сидит?»

Мессир спросил, лежа в кровати:
«Ну что, измучили мы Вас?
Не стойте. За столом присядьте.
Ей выпить дайте сей же час».

«О не измучалась я, право.
И веселилась на балу».
От слабости её шатало,
Как будто вербу на ветру.

Тут Бегемот ей подал стопку.
А Маргарита, сморщив рот,
Его спросила: «Дали водку?»
Но ей ответил Бегемот:

«Ну что Вы? Разве я посмею
Так водку даме предложить?
О, королева, я заверю –
Это всего лишь чистый спирт».

И осушила она стопку,
Решив – на этом ей конец.
По ощущениям же соку
Налил лохматый сей подлец.

От этого она ожила,
Тепло прошлось по телу в миг.
Еды служанка положила
Проснулся волчий аппетит.

Она тут выпила вторую
И стала есть как не в себя.
А кот историю такую
Стал балаболить про себя:

Как он, скитаясь по пустыне,
Питался тигром лишь одним.
Но не поверили скотине.
Все посмеялися над ним.

Травили байки и смеялись,
Как будто был семейный круг.
А Маргарита, оживляясь,
Спросила Азазелло вдруг:

«Так Вы убили там барона?
Прям неожиданность была».
О этот отвечал ей скромно:
«Ну что Вы? Просто чепуха».

«А музыку в квартире нашей
Соседям было не слыхать?»
Фагот же голосом, гремящим:
«А надо делать, чтоб не знать

Наушникам, соседям разным
Что приключилось тут у нас.
И повод слухам безобразным
Мы не даём, шумя сейчас.

«Ну как же, как же, понимаю…
Стояли двоя у крыльца…
А вот теперь я и не знаю,
Придёт милиция сюда?»

Коровьев только рассмеялся:
«Обязательно придёт.
Но чтоб никто не зазнавался,
Ничего здесь не найдёт».

Тут к Азазелло обратилась:
«А Вы в стрельбе так хороши?»
В её очах будто искрилось.
А робость с слабостью ушли.

А тот ответил: «Подходяще».
И спрятал карту тут Фагот
Под подушкою блестящей.
Стрелок же сделал поворот.

В слепую совершил он выстрел,
Прошив по центру карту ту.
А Бегемот, вскочив тут быстро,
Сказал: «Я так же попаду!

Обратно эту карту спрячьте».
И выстрел кот сей совершил,
Но он промазал, не иначе –
Служанке палец отстрелил.

Она вцепилась крепко в шкуру
Сего поганого кота.
А он пищал: «Эй эту дуру
Вы отцепите от меня!»

Служанку в сторону убрали.
И исцелили палец тот.
Но между делом рассказали –
Стрелок не дурный Бегемот.

А Маргарита тут вздохнула.
С тоской сказала: «Мне пора?»
А про себя она смекнула:
«Обманули здесь меня.

Награды мне не предлагают.
И мастера тут нет нигде.
Возвращаться не желаю –
Пойду топиться я к реке».

И вспомнила – она нагая.
Ей дали старое тряпьё.
В глаза мессира, вопрошая,
Она смотрела. У него

Была сухая лишь улыбка.
А остальные сделав вид,
Смотрели как уходит дымка
Через камин от сигарет.

Она со всеми, попрощавшись,
Переступила за порог.
Но Воланд, этого дождавшись,
Ей приказал: «Вернитесь. Стоп.

Быть может Вы нам на прощание,
Хотите что-нибудь сказать?»
«О нет. Ну разве что желанья
Готова Ваши исполнять.

Готова подставлять колено
Для висельников, палачей.
Или иное, может, бремя,
Дадите что рабе своей».

И Воланд, пристально тут глядя,
С весельем ярым прокричал:
«Вот правильно, вот так и надо!»
И каждый это повторял.

«Мы Вас испытывали ныне!
Вы испытание прошли!
И не просите же отныне!
Пускай предложат всё они!

Теперь у вас я вопрошаю:
Чего хотите Вы себе?
Одно желание предлагаю.
Всё под силу сатане!»

И он сорвал с неё одежду
И усадил вновь у себя.
Она промолвила: «Надежду
Избавите Фриду от платка

Дала я раз неосторожно.
Пускай, да сбудется она».
И Воланд молвил раздражённо:
«Что ж, взятка тут исключена.

Ну а теперь мне остаётся
Забить все щели у себя
Тряпками! И мне даётся,
Вы милосердна и добра.

А милосердие коварно
Врывается сквозь щели все,
Как ураган в степи нежданно
И портит дело сатане».

А кот от страха ушки спрятал.
Он понимал, кто виноват.
Мессир бросал так неприятно
Испепеляющий свой взгляд.

А Маргарита и не знала
Чем провинился Бегемот.
Лишь робким голосом сказала:
«Оставит Фриду сей платок?»
 
«О нет. Самим же то под силу». –
Устало Воланд ей сказал.
«Вы позовите сюда Фриду». –
Шепнув, Фагот ей подсказал.

И королева криком громким
Велела Фриде тут предстать.
Явилась в миг при зове только
И сразу бросилась лежать.

«Отныне же тебя прощают. –
Сказала королева ей. –
И платка сего лишают.
Согласно с волею моей».

И платка того лишившись,
Она куда-то в миг ушла.
А Воланд молвил, наклонившись:
«Чего хотите для себя

О, королева Маргарита?
Поскольку это всё не в счёт.
Теперь подумав, назовите
К чему Вас сердце так влечёт».

Она сказала: «Я желаю,
Пусть мастер явится сюда!
Тебя любимый призываю!
Я лицезреть хочу тебя!»

И тут явился сей несчастный.
В больничной робе был одет.
Он в состоянии ужасной.
Иной был будто человек.

Но Маргарита всё ж узнала.
И крепко-крепко обняло.
И на ухо ему шептала:
«Не потеряю я тебя!»

Но мастер, чуть соображая,
Ответил нервно: «Нет Марго…
Не плачь, не плачь моя родная.
Мне на меня же всё равно».

На эту публику взирая,
Он прокричал: «Я вижу вновь
Галлюцинации, родная!»
И пошла из носа кровь.

Фагот подал ей рюмку водки.
Она дала ему испить.
И после третьего лишь только
Он стал спокойно говорить.

Кот обратился тут с почтением:
«О, мастер, рады видеть Вас!
Не смущайтесь сим явлениям.
За стол присядьте среди нас!»

Коту же Азазелло буркнул
Как будто бы хотел прибить:
«Да заткнись хоть на минутку.
Тебя в реке бы утопить».

«Вы знаете пред кем предстали?» –
Спросил у мастера мессир.
«О да, конечно. Рассказали
О вас. Моим соседом был

В психушке той Иван Бездомный.
Он свою речь о вас повёл».
«О да я помню. Сей нескромный
Чуть самого меня не свёл

С ума, когда же мне пытался
Всё доказать, что нет меня.
У вас, я вижу, не закрался
Сомнения лёгкого следа.

Быть может, Вы нас просветите,
Зачем Вас мастером зовёт
Любовница?» «Вы нас простите.
Она излишнюю даёт

Оценку моему роману».
«А ну-ка дайте мне его?»
«Быть может прозвучит то странно.
Его я сжёг. И ничего

Я не оставил от романа».
А Воланд молвил: «Как сказать…
Вы так отчаялись уж рано.
Но рукописи не горят!

Эй, Бегемот, сюда подай мне
Сей выжженный в огне роман!»
И кот чего-то пошаманил.
Из-под себя его достал.

Затем с великим он почтением
Его мессиру передал.
А тот же медленным движением
В руке неспешно пролистал.

Затем добавил: «Всё тут ясно!
О, королева, только вот
Чего желаете?» «Прекрасно
Вы сделаете, если в тот

Подвальчик с мастером вернёмся».
Промолвил Воланд: «Будет так.
Однако дайте разберёмся
Со свитой Вашей как-никак».

Домработнице Наташе
Позволили быть ведьмой впредь.
Ей показалась жизнь та краше.
Домой отправлен был сосед.

И справку дали бедолаге,
Чтоб ссоры не было с женой.
Ведь предъявитель сей бумаги
Был в преисподне с сатаной.

Затем явился Варенуха.
Рыдал и слёзно умолял.
Его накрыла голодуха,
Поскольку добр и не стал

Людскую кровь пить. И желает
Людской он облик свой вернуть.
Мессир вернутся разрешает,
Не пожалев о том ничуть.

К окну подъехал уж открытый
Прекрасный чёрный лимузин.
А мастер вместе с Маргаритой
Уселись в нём. Был невидим

Сей транспорт для любых прохожих.
Внизу те двоя также там.
И на сидениях хороших
Поехав, предались мечтам.