На пороге старости

(глава из повести М Точиной "Когда журавли улетали").               

Зимой тысяча девятьсот семьдесят первого года, дожив до восьмидесяти восьми лет, умирал муж Матрёны Логиновой- Поликарп. Это был худощавый старик, ходивший летом в         неизменной кепке и с палочкой, а зимой - в овчинной ушанке с не завязанными концами, поношенной телогрейке и высоких валенках. Всё присматривал за овечками да за бурой коровой. Матрёна хорошо жила - горя не знала: муж- непьющий, жену уважал.
Поликарп кашлял, как чахоточный, и Марфа пришла полечить соседа. Она прослышала, что мёрзлая редька с мёдом хорошо вытягивает болезнь, положила ему этот компресс на грудь и спину и оставила так на ночь. Но состояние больного усугубилось. А этой февральской ночью Поликарп метался и, предчувствуя свой конец, послал жену за кумой, чтобы проститься. Петровна заохала, волнуясь и осуждая Марфу:
- Это ж надо додуматься! Холодную редьку применила, медичкой заделалась у нас на порядке!               
Женщины понимали, что теперь поздно что - либо исправить, ведь часы Поликарпа сочтены. Он беспомощно лежал на топчане, глаза глубоко запали, но когда пробило полночь, вдруг поднялся, собрав последние силёнки, и выбрался во двор, не смотря на лютый мороз. Бабы примолкли, следя за ним. Три раза старик обошёл свою избёнку, внимательно вглядываясь, то по сторонам, то в небесную высь, затем вернулся на прежнее место, слабым голосом попросил у всех прощения, и, сложив руки на груди, испустил дух.
Матрёна причитала, то и дело вытирала красное от слёз лицо. Петровна согласилась обмыть тело покойного. На третий день хоронили. Снегу навалило столько, что пришлось.   вызывать бульдозер из совхоза, чтобы расчистить дорогу до кладбища.               
Матрёна пережила мужа года на три, стала чудная и почти не узнавала людей. Раньше, когда Поликарп был жив, женщина вела себя, как барыня: только и слышался её властный голос, которым она бранила безответного муженька, а тот терпел и не пререкался. Троих детей вырастили Логиновы, образование дали. Матрёна приходилась крёстной матерью всем Маруськиным ребятам. Чуть что, Петровна не раз просила присмотреть за ними, а старики ещё и накормят, и книжку детям почитают. И время шло своим чередом.
Многие на селе завидовали Гориной хотя бы потому, что она своих ровесников пережила, и приговаривали:
- Ведь она у нас долгожительница!
Когда уже взрослыми дети приезжали из города, Мария подолгу, до глубокой ночи, сбивчиво пересказывала происшедшие местные новости, подробно описывая что с кем случилось,         и вспоминала всякие другие горести, или жаловалась на завистливых людей.