Карлуш Маркеш Кейрош

в нём не было той грации хохочущей шута
но мрачный юмор неожиданный и странный
оскал внезапный бубенцовый звон
и нежность трагика актёра

не забавляло вызвало изумленье
такая дерзость
как вихрь стремительный как буря при дворе
и замирали сотрапезники от страха

он повторял возвышенно абсурдно
все ритуалы что он знал
и руки грубые искали волшебства
в безумном теле королевы.

на плахе под ударом топора
хохот разверзается жизнь продолжается
с той радостью отважной воли
что не лицо теряет, только маску


Рецензии