М. Ю. Лермонтов меня вдохновил

Струится время, как ночной декантер,
Осадок слов ложится на гранит.
Мой скорбный бес, мой запертый Тарпантер,
В моей груди Лермонтовым звенит.
Я слышу гул кавказского обвала,
Где в синей мгле, над крутизною скал,
Душа поэта вечности алкала
И Демон крылья гордо распластал.


Меня пронзил созвучий ритм каленый,
Тот гордый стих, что желчью освящен,
Где одинок, в раздумья погруженный,
Пророк идет, толпою не прощен.
Там парус бел в тумане бесконечном,
Там сосны спят в священной тишине,
И всё, что в этом мире быстротечном
Нас мучит — там оправдано вдвойне.


В его строке — и холод, и горенье,
Кинжальный блеск и горечь честных слез.
Он знал одно высокое терпенье:
Нести свой дар сквозь тернии в мороз.
И я иду по выжженному следу,
Вдыхая гарь его мятежных слов,
Меняя тишь на горькую победу
Над пустотой земных колоколов.


Пусть рок суров, и жребий брошен грубо,
И впереди маячит Пятигорск —
Я чувствую, как искривленным зубом
Вгрызается в металл небесный воск.
Лермонтов жил — и я за ним лавиной,
Сквозь скуку лет, сквозь лед и забытьё.
Над той же безответною равниной
Летит в зенит призвание моё.