Избави нас...

"Самое дорогое в жизни, это глупость. Потому, что за неё приходится всего дороже платить."
Эра милосердия. Вайнеры.

   Их было четверо.
В этом полутемном помещении с низким потолком они сидели в мягких креслах и вид их был странен, а речи исполнены печали.
Первый человек был закутан в серый балахон, капюшон которого совершенно скрывал его лицо. Видны были только кисти рук. Длиннопалые, костлявые, они постоянно двигались, пересыпая горсть зерна. Из левой в правую, из правой в левую. Иногда зерна падали и упавшие слева от человека превращались в прах, а упавшие справа, прорастали прямо на глазах.

   -Я показал им все богатства мира, - говорил человек в балахоне.
-Смотрите!- говорил я. Вот злаки, фрукты, овощи! Вот грибы и ягоды!
В лесах полно зверя и птицы, реки и моря полны рыбы! Еште и делитесь друг с другом! Пищи хватит на всех!
Но они создали голод. Прошли тысячелетия, но у них по прежнему есть голодающие.  Dixi.

   Теперь заговорил второй.
Он не прятал лица и оно было ужасно.
Метал и плоть. Тусклый блеск стали и кровь. И глаза. Страшные как бойницы осажденной крепости. Как врата в ад. Глаза видевшие всю жестокость мира. Все ужасы войны. На коленях у него лежал меч, который становился, то дубиной, то шпагой, то копьем, то арбалетом.

   -Я призывал их любить друг друга. Я показал им как хрупко в человеке его разумное начало. Как легко отнять жизнь. Как тяжело нести бремя убийцы. Но прошли эпохи, а они продолжают воевать и совершенствовать оружие. Dixi.

       Третий человек был нездоров. Его лоб покрывала испарина, глаза лихорадочно блестели, а к нижнейй части лица намертво приросла марлевая повязка. В его руках медленно вращалась странная, двойная спираль.
-Я учил их заботится друг о друге, - начал он. Показал им как много вокруг болезней и опасностей. Рассказал, как прекрасен, точен и хрупок сложный механизм человеческого тела. Как важно блюсти чистоту. А они выращивают новые инфекции, создают новые смертельные заболевания и живут в грязи. Dixi

       Четвертый посетитель держал в руке косу и был похож на смерть. А он и был ею.
-Я просто беспристрастно делаю свою работу.  Спаси человечество, корректор.

   Улло резко проснулся. Будто на него вылили ведро ледяной воды.
  -Приснится же такое!- Улло встал и шаркая тапочками направился к холодильнику.
Через сорок минут он уже вышел из дома.

   Улло работал корректором. Человеком который, за относительно небольшие деньги, корректировал равновесие мироздания и следил, что бы земля в очередной раз не сошла с орбиты. Однако сегодня, перед работой, Улло зайдет в церковь. Он любил этот старый храм. Его темные иконы, золотые свечи, высокий как небо, тёмно-синий потолок.
  Улло держал свечу в руках, размышляя о своём сне и чудесной панацее, которая могла бы спасти мир. Он мысленно перебрал семь смертных грехов. Вспоминал заповеди. Потом решительно покачал головой.
-Господи, отец наш небесный, я видел сегодня ночью престранный сон. Он напугал и расстроил меня, - начал Улло. - Господи, на все воля твоя, но не оставь своим вниманием мою просьбую. Яко же Иисус спас души человеческие, спаси и помилуй нас грешных.
Избавь человечество от глупости.

 Улло поставил свечу и вышел на улицу.   

   -Ну вот,- сказал он теплому весеннему утру.   
-Ну вот, - повторил он. Я сделал всё, что мог.

  -А теперь, - он поправил браслет корректора на левой руке. -Пора спасать мир.
И он зашагал на работу.