Муза

МУЗА

Было девять часов утра, но июль, не отступая от своих правил, угнетал духотой с самого утра. Я торопилась на автобус, чтобы уехать за город. В деревне самый злой месяц лета пережить все же легче. В потоке людей, стремящихся с рынка в сторону автовокзала, меня вдруг кто-то тронул за руку. Я обернулась и увидела мужчину с бородой, с длинными до плеч волосами, в одежде, похожей скорее на нижнее белье. Чуть было не выплеснув раздражение на незнакомого «бродягу»,  я наткнулась на улыбающиеся, очень знакомые глаза.
– Ты меня не узнала? – спросил  меня знакомый голос.
– Сергей? – удивленно воскликнула я, угадав в заросшем мужике давнего знакомого.
Он несколько лет работал в редакции районной газеты, потом пошел на повышение, и уехал. Потом в краевых газетах мы стали часто встречать злободневные интересные материалы под его подписью, а потом он пропал. И вдруг эта встреча.
– Где ты? Как ты? – пыталась я допытаться у Сергея.
Но он остудил мое любопытство какой-то скованностью, но протянул общую тетрадь.
– Тут все написано. Может, пригодится тебе. Я слышал, ты  начала прозу писать. Стихи отошли? А я наоборот… Ну, ладно, беги, а то на автобус опоздаешь.
 Вот так ко мне попала история, которую вы сейчас прочитаете.

                ______________
 
«Друзья мои, я взялся за перо, чтоб рассказать вам удивительную историю. Двадцать лет назад, когда я был молод и самоуверен, хотел сделать карьеру и зарабатывать много денег, со мной произошел несчастный случай, а впрочем, может быть счастливый, благодаря которому я не смог больше заниматься журналистикой и стал поэтом.
Работал я тогда в  солидной газете и стремительно поднимался по карьерной лестнице. Только что получив новое назначение и удвоенный оклад, я все же решил подзаработать на подготовке сразу двух материалов. За них редактор обещал хорошо заплатить, и я оставил их себе, вместо того, чтобы поручить кому-то из спецкоров.
Темы предстояло разработать совершенно разные. Одна политическая, а вторая – о сексе. Решив сделать в первую очередь легкий материал, сел в электричку и отправился на Кавминводы. Где еще, если не на курорте есть обилие сексуального материала. Ведь в разгар перестройки наша страна бурно переживала сексуальную революцию.

Электропоезд прибыл в пункт назначения поздно вечером. И вокзал, и камеры хранения были переполнены. К счастью, весь мой багаж умещался в дорожной сумке. Повесив ее через плечо, я зашагал через вокзальную площадь. Уютный курортный городок славился тем, что там впервые в нашем крае открылись ночные кафе. В них то я и собирался побывать. Последнее время газеты бурно обсуждали вопрос: «Что же такое эротика, а что порнография?». Коллеги из Москвы рассказывали, что в столичных ночных клубах уже появился стриптиз, причем  не только женский, но и мужской. А попутно,  правда неофициально, в этих клубах оказывают интимные услуги. Я решил изучить  как с этим обстоят дела у нас в крае, а заодно договориться с директором какого-нибудь заведения о платной рекламе.
Мои мысли нарушил шум колес медленно подкатившего ко мне такси.
– Вам куда? – вежливо с улыбкой спросил пожилой водитель.
– Вообще -то я хотел пройтись пешком.
– Садитесь, я не дорого возьму, - мягко настаивал таксист.
Я уступил.
– Вы, конечно хотите в ночное кафе?- спросил водитель, когда машина тронулась.
– Как вы угадали?
– Опыт. Ни один приезжий мужчина не может отказать себе в этом удовольствии. Могу посоветовать, какое лучше вам посетить. Скажите, когда вы родились?
– А это зачем?
– Если я буду знать ваш знак задиака, смогу точнее сориентироваться.
Я назвал число, месяц и год рождения.
– Вам лучше пойти в «Черную деву». Это заведение не оставит вас равнодушным.
Такси остановилось возле подвальчика, над входом которого висела светящаяся реклама: женский силуэт, переливающийся стальным блеском в квадрате разноцветных огней. Ступеньки опускались довольно глубоко. Потом полутемный коридор. Свернув за поворот, за занавесом я наткнулся на сверкающий зал. От неожиданно яркого света пришлось прищурить глаза.
– Сударь, мы рады приветствовать вас. «Черная дева» к вашим услугам. Разрешите проводить вас к свободному столику.
Еще не привыкнув к яркому освещению, я буквально был ослеплен красотой и вызывающей сексуальностью официантки. Все ее одеяние состояло из маленького черного платьица из полупрозрачной ткани, сквозь которое просвечивалось ажурное белье. Мелкие черные кудряшки украшал кружевной чепчик. Девушка подала меню в черном лакированном переплете и отошла «на минутку».
Приятно удивленный обхождением, я открыл меню и был просто ошарашен. Только спиртных напитков там значилось двести наименований. Я в растерянности просматривал две страницы горячих блюд, когда мягкий голос официантки напомнил о себе
– что будете заказывать?
– Принесите, пожалуйста, что-нибудь на свое усмотрение. У вас такоей ассортимент большой! Я никак не могу выбрать.
– Хорошо, - и девушка плавно покачивая бедрами прошла между столиками на кухню.
Не прошло и пяти минут, по крайней мере мне так показалось,  как на столе появились мои любимые котлеты под яйцом, салат из помидор со сметаной, взбитые сливки с шоколадом и бутылка шампанского.
– Откуда вы узнали, что именно эти блюда  я люблю?
– У меня такая работа, сударь, угождать вам. Приятного аппетита. Извините пожалуйста, я отойду ненадолго. Если что-то будет нужно, я рядом.
Аппетитно поужинав, я откинулся в кресле. В зале зазвучала музыка, верхний  свет погас, а настенные бра создавали обстановку таинственного полумрака. На сцене появилась женщина. Длинное черное платье с блестками облегало неестественно четкую, словно нарисованную фигуру. Спадающие ниже пояса волосы прикрывали обнаженную спину. Очень хотелось рассмотреть лицо женщины, но оно было скрыто под плотной вуалью.
– Добрый вечер, господа! «Черная дева» желает вам приятного отдыха. Для вас мой первый танец. Музыка!
Она хлопнула в ладоши. Справа от сцены появились музыканты, и зазвучала великолепная живая музыка. Никогда раньше я не слышал этой мелодии.
– Господа, впервые для вас моя новая мелодия.
То что я увидел на сцене нельзя было назвать танцем. Сначала в луче света высветились руки. Казалось, что две змеи затеяли любовную игру. Затем световой луч раздвинул границы, высветив фигуру женщины до талии, и границы танца раздвинулись. Голова, плечи, спина удивительно пластично двигались и извивались в ритме музыки. Затем уже вся фигура в луче света стала  выполнять движения, напоминающие индийский танец или восточный танец. В какой- то момент музыка смолкла, раздался сильный удар по барабану и платье соскользнуло на пол. Танцовщица осталась в сетчатом трико с блестящей бахромой на бедрах и груди.  Зал ахнул. А танец продолжался. Тело, движения, музыка были невероятно гармоничны, составляли настолько прекрасное зрелище, что невозможно было отвести глаз. Не знаю как другие мужчины, а я был вне себя. Зачарованный, в неописуемом восторге я хотел кинуться к ногам женщины и умолять, просить разрешения поцеловать хотя бы крохотную туфельку. Опять сильный удар по барабану, и на пол падает трико. Остается только переливающаяся бахрома на ослепительных бедрах. Танцовщица замерла в последнем движении, зал – в  молчаливом шоке. Музыка смолкла, женщина исчезла в момент, когда загорелся свет. И тогда раздались бешеные аплодисменты очумевшей публики.
Дальнейшая программа меня не интересовала. Я собрался уходить, но тут ко мне подсел мужчина лет сорока.
– Вы хотите уходить? Зря. Сейчас начнется самое интересное. Пойдемте, уже начинается.
– Что начинается? – спросил я.
Но мужчина, не отвечая, тащил меня к сцене.
– Господа, а сейчас мы по традиции, разыграем счастливый билет.  Прошу делать взносы.
– Ничего не понимаю, какой билет, какие взносы? – теребил я соседа.
– Потом, потом все объясню. Давайте деньги.
Я протянул сторублевую бумажку. Девушка на сцене держала хрустальную вазу форме шара. Игроки клали туда деньги и брали билеты – красочные открытки с номером в уголке. Такой билет вручил мне мой новый приятель, и мы пошли к своему столику.
– Объясните, наконец, что это за счастливый билет?
– Игра такая, что-то вроде лотереи. Берете билет, вносите любую сумму в банк игры. Потом идет розыгрыш. Если у вас окажется номер, который выкинет лототрон, вы станете обладателем крупной суммы денег или приза. Самый замечательный приз – ночь в черной деве. Говорят, к этим счастливцам приходит сама хозяйка. Вы ее видели. Это не женщина – мечта!
В ожидании розыгрыша мы выпили две бутылки шампанского.    Наконец появилась девушка с прозрачным шаром в руках, который был наполнен деньгами. С другой стороны выкатили лототрон. Девушка изящным движением нажала кнопку, в прозрачном кубе запрыгали шарики с номерами. Вот один из них попал в корзинку и выкатился наружу. Все увидели номер и начали заглядывать в свои билеты.
Изрядно выпив, я чувствовал себя усталым, и потому не наблюдал процедуру розыгрыша. Перед глазами стояла танцовщица. 
– Эй, ты что заснул? Пляши, тебе повезло! Тебе выпал приз «Ночь в «Черной деве».
Мой возбужденный приятель стал ходить вокруг столика.
– Слушай, земляк, давай поменяемся: я тебе деньги, а ты мне свой билет. Понимаешь, я целый год хожу сюда, но ни разу не выиграл такой приз. А ты счастливчик. Первый раз пришел, и на тебе, главный приз. Давай поменяемся. Я схожу с ума по этой женщине.
– Э, нет, не пойдет. Выиграл я? Я! Значит, мне и получать этот приз. Может, ты в следующий раз выиграешь.
 Но мои последние слова были слабым утешением для несчастного. Он поник, и как-то вдруг ссутулившись, пошел к выходу.   
Вечер в кафе заканчивался. Посетители расходились, а я все сидел и ждал, что будет дальше.
– Сударь, прошу вас пройти со мной.
Я, наверное, слишком глубоко ушел в свои мысли потому, что не слышал, когда ко мне подошла распорядительница зала и вздрогнул от ее голоса. Она повела меня по лестнице вверх, потом по полутемному коридору, и вновь вниз, где остановилась у почти невидимой двери. Привычной ручки у дверей не было, и распахнулась она от нажатия кнопки на панели.
– Скажите, что ждет меня, - спросил я прежде чем шагнуть в комнату.
– Мне велено проводить вас. Все остальное увидите сами.
Дверь за мной захлопнулась. Я услышал как щелкнул замок. «Странно, зачем меня запирают»,- подумал я немного шокированный всем произошедшим за вечер. В ожидании дальнейших сюрпризов, а я не сомневался, что они будут, стал осматривать комнату. Старинный орнамент лепных украшений на стенах и потолке, драпировка  вместо обоев, ковер с длинным, шелковистым ворсом, в котором утопали ступни ног, причудливой формы подсвечники, явно имеющие музейную ценность; журнальный столик, два кресла, широкая деревянная кровать с резной спинкой в изголовье – были изделием ручной работ; ажурное покрывало и такой же балдахин над кроватью – составляли тот романтичный уют, который мы видели во французских исторических фильмах, и который нас приучили считать буржуазным, чуждым, ненужным советскому человеку. Живя в бетонных коробках, имея нищенскую зарплату многие из нас даже не подозревали, что такая роскошь возможна в жизни. Лично я тогда в «Черной деве» впервые видел столь дорогое убранство комнаты. «Все это великолепно, - думал я,- но должен же наконец, кто-то прийти?»  Я толкнул дверь. Она по-прежнему была заперта. Я постучал. В ответ ни звука.
– Предлагаете мне ложиться спать одному? – громко спросил я у пустоты, чувствуя однако, что за мной наблюдают, – спокойной ночи, сударыня!
Я разделся и только прикоснулся к постели, как сам собой погас свет и зажглись свечи. Фокус пришелся мне не по душе. По телу пробежали мурашки. Ложиться спать перехотелось. Не одеваясь, походил по комнате. Успокоившись, все же  лег и закрыл глаза, но тут же вскочил. Мне показалось, что по моему телу заскользила женская рука. Однако в комнате никого не было. Меня начала бить нервная дрожь.
– Эй, что за шутки? Откройте дверь!
В ответ тишина… «Ладно, делать нечего, - смирился я со своей участью,- придется пройти через эти чертовские штучки». С чувством обреченного лег снова в постель. На этот раз, без всякого сомнения я четко ощутил, как женская рука погладила мне грудь и опустилась ниже… я не открывал глаза и лежал неподвижно. Через несколько минут яощутил на своем теле две руки и легкое дыхание совсем рядом. Я вслепую попытался поймать руки, но они тут же исчезали. Наступала тишина. Я ждал. Вот опять тихий звук возбужденного дыхания и мелодичный голос:
– Откройте глаза.
Я подчинился. Передо мной стояла прекраснейшая из женщин, которых я когда либо видел. Ее наготу прикрывала  белая почти прозрачная ткань, создавая впечатление легкого тумана. Она не была похожа на современных моделей. Ее тело было округлым, груди полными, но не большими, линия талии плавно переходила к бедрам, широким и достаточно полным. Животик не был совершенно плоским, и его выпукласть мягкая и подвижная возбуждала более всего. Длинные тяжелые волосы отливали фиолетовым блеском. Глаза горели в темноте, отражая в своей глубине пламя свечи.
– О! Как ты прекрасна! – простонал я от переполнявших меня чувств и протянул к ней руки, чтобы обнять.
– Нет! – остановила она мой порыв, - касаться меня нельзя.
– Так зачем ты здесь?! Ты пришла мучить меня?!
Я издал звуки подобные рычанию и бросился на постель вниз лицом. Сжатая подушка затрещала по швам.
– Ну зачем вы так? – пел мне женский голос, - я не собираюсь мучить вас. Напротив, думаю, вы останетесь весьма довольны этой ночью, но при условии,  что не будите касаться меня даже кончиком пальцев. Одна ваша попытка – и я исчезну. Согласны?
– Да! Да! Я согласен! Только не уходите! Вот видите, мои руки за головой. Сядьте со мной рядом, прошу вас.
Прекрасная незнакомка откинула волосы за плечи и присела на кровать, прикоснувшись ко мне обнаженным бедром. По телу с ног до головы  словно электрический заряд прошел. Меня бросило сначала в жар, потом в холод. Черная дева, так мысленно я называл женщину, положила на грудь мне свои руки:
– Зачем так волноваться? Не надо, милый, - ласковый голос немного успокоил меня, продолжая шептать нежные слова, она стала гладить мое тело. Разум мой стал мутнеть. Я был словно в пьяном угаре. Помню, как она кружила надо мной, то будто танцевала, то обвивала меня  своим телом… И, странно, я лежал неподвижно, как будто завороженный.
Не знаю, как долго длилось это колдовство. Но я вдруг почувствовал непреодолимое желание обнять ее, обладать ею. Наверное мои глаза загорелись, как у зверя, увидевшего добычу, потому что девушка с испугом отодвинулась от меня и отбежала в угол.
– Не прикасайся ко мне! Нельзя! Слышишь!
Но я уже не слышал. Я бросился к ней, но… лишь больно ударился о стул, стоящий в пустом углу. В комнате кроме меня, никого не было. В изнеможении и отчаянии я упал на ковер вниз лицом и, будто провалился…


Очнулся я от тряски в редакционном «Рафике». Ничего не понимая, решил, что «Черная дева» – это сон.
– Куда мы едем? – Спросил я Романа, бессменного водителя нашей репортерской летучки.
– О, шеф, ты пришел в себя? Я уж думал тебе каюк. Говорят, ты без памяти уже три дня. Нам вчера позвонили в редакцию, что ты болен, что тебя надо забрать. Ну, я сразу на коня и сюда. Что с тобой случилось? Может тебя отравили в этой чертовой «Черной деве»? Давай на экспертизу тебя отвезу.
– Ничего не надо, Рома, я себя прекрасно чувствую… А мы от городка Н.. далеко?
– Да минут через 30-40, вот как раз перекресток…
– Давай сворачивай! Кстати, какие новости из этого района?
– По телевидению передали, что ситуация напряженная. Администрация города блокирована в своем здании. Реальная власть находится в руках городской думы. Население требует отставки администрации. А самое интересное – руководит этой заварухой женщина.
Я и раньше бывал в этом степном городке, где нет высоких зданий, где чистые и тихие прямые улицы, с многочисленными скверами. И на этот раз в его облике ничего не изменилось. Только по группам людей, встречающихся то тут, то там, по их серьезным лицам можно было понять, что в городке неспокойно.


Оказалось, что группа депутатов раскрыла махинации, которые проделывались не без помощи администрации. На сигнал в область никто не отреагировал. Тогда депутаты обнародовали факты. В городе начались волнения. Как можно было жить под руководством власти, которой нет доверия?! И не известно, чем бы всё закончилось, если бы не объявились здравомыслящие лидеры среди протестующих. По их предложению был собран общегородской сход, выбрана городская дума, администрацию города отстранили от власти временно, до выяснения ситуации.
Решение горожан встревожило областные власти. Самопровозглашённую думу назвали организаторами антигосударственного мятежа. Были сделаны попытки разогнать думу с помощью военных. В ответ городская муниципальная милиция выставила заслоны. Правда, у той и у другой стороны хватило выдержки. Вооружённое столкновение не произошло. Посланцы из области отступили, а горожане продолжали настаивать на своих требованиях.
Редакционный «Рафик» подъехал к двухэтажному зданию на площади. У группы людей мы спросили, где расположилась дума. Нам указали на пристройку к административному зданию. Я направился в кабинет к председателю, ожидая увидеть мужеподобную крупную бабу в кожанке или что-либо подобное. Но войдя в указанную комнату, остолбенел от неожиданности.
У окна стояла стройная, среднего роста женщина в облегающем чёрном платье. Черный шарф покрывал голову. «Черная дева»! - воскликнул я про себя и чуть не бросился к женщине, но она повернулась ко мне лицом, шарф упал на плечи, освободив непокорные белокурые волосы.
«Нет, не она, но как похожа, если бы не эти светлые локоны».
- Что вы хотели? Я слушаю вас.
-Мы  из областной газеты, - наконец собравшись, я представился и представил Романа, - я хотел бы взять у вас интервью
- Пожалуйста, берите. Что вас интересует?
Я уселся на предложенный стул напротив и включил диктофон.
- Скажите, почему вы, такая молодая красивая женщина занялись таким грязным делом как политика
- Я занялась не политикой. Просто мне удаётся находить нужные слова, чтобы успокоить людей. Неужели вы думаете было бы лучше, если бы люди побросали работу и взялись бы за оружие, - она помолчала, - что вы ещё хотели узнать? Вы что задремали?
Я смотрел на свою собеседницу и думал о невероятном сходстве с той из «Чёрной девы».  С языка невольно сорвался вопрос:
- Скажите, у вас есть сестра?
- Какое это имеет отношение к теме нашего разговора? – ответила она вопросом на вопрос.
Нет, нет,  никакого, простите, - залепетал я невнятно, потёр виски, желая избавиться от наваждения.
-Вы неважно себя чувствуете? Давайте отложим интервью. Вам надо отдохнуть с дороги.   Я вас приглашаю к нам на ужин. А продолжим после ужина.
- Мы с  радостью. Предлагаю доехать на нашей машине. Прошу, - опередил меня Роман и подал руку женщине.
 За столом я больше молчал. Зато Роман говорил за двоих. Мария, так звали нашу хозяйку, с охотой отвечала на все вопросы Романа. На шутки сдержанно улыбалась, но глаза оставались полны глубокой грусти.
- Мария, почему вы такая грустная? У вас что-то случилось?- Спросил Роман.
-У меня год назад умер муж.- глаза собеседницы ещё больше погрустнели и заблестели от навернувшихся слёз.
- Простите, я напомнил вам о вашем горе.
- Я о нём никогда не забываю. А кстати, мы с вами коллеги, - перевела Мария разговор на другую тему, и обратилась ко мне - Я тоже по профессии журналист. Но не сработалась с начальством. Не люблю обслуживать крутых заказчиков. Не умею прислуживаться. А вам как работается
- А я поперёк батьки в пекло не лезу. Сказали – сделал. Главное чтобы платили хорошо. Заинтересовала редактора тема ночных кафе – пожалуйста, нужна политика – всегда готов.
При упоминании о ночных кафе Мария как-то смущённо опустила глаза.
- А лично вас, что больше интересует?
-А я на вещи смотрю так: читатель должен знать и то, и другое. Значит я,  как профессионал, должен уметь сделать хорошо  материал на любую тему.
Мария замолчала. Я тоже. Подумал, почему она опустила глаза, когда я заговорил о ночных кафе. Мария, будто прочитав мои мысли, спросила:
- Вам в ночном кафе случайно не пришлось встретиться с моей сестрой? Знаете, мне иногда неловко за неё, но я её люблю и не смею осуждать. Мы с ней двойняшки, поэтому внешне очень похожи, только цвет волос разный. Она в папу, а я светлая как мама. А характеры совсем разные.
Лицо у Марии засветилось. Она охотно рассказывала о сестре.
- В детстве Виктория была отчаянной и доставляла много беспокойства родителям. Я напротив, была спокойной и рассудительной. Я была счастлива в браке, правда он был короткий, всего десять лет. А Виктория до сих пор не замужем. Ей нравится привораживать мужчин, а потом забавляться ими как игрушкой.
- Привораживать?- удивился я.
- Да, она делает это с лёгкостью. Бабушка у нас была знахаркой, лечила травами и руками. Виктория видно от неё унаследовала способности кое-какие. Я сама не видела, мы редко встречаемся. Но о ней рассказывают такие невероятные вещи, что поверить невозможно.
- Перед вами свидетель этих невероятных вещей, - сказал я.
Видимо в моём голосе было столько неподдельной тоски, что Мария глядя на меня, покачала головой
- Мне жаль вас.
Больше о Виктории мы не говорили. Я был в подавленном состоянии и совершенно не думал о редакционном задании. Роман догадался, что я не в форме и, неожиданно для меня предложил свои услуги:
- Слушай, давай я попробую написать об этой женщине.
Я согласился. В тот момент мне было не до работы. Я даже не удивился, что Роман, никогда не писавший в газету, всю жизнь проработавший водителем в редакции, вдруг решил попытать счастья в другой профессии. Что уж там повлияло на него, не знаю, только чудо свершилось. Редактор был удивлён,  одобрительно похлопал Романа по плечу и пустил его материал на первую полосу.
 И если уж забежать вперёд, то надо сказать, что стал он в скором времени известным журналистом, окончил заочно институт, женился на Марии и всю жизнь боготворил её.
Моя же судьба, сделала такой крутой поворот, что до сих пор голова кружится.
На другой день после встречи с Марией, отправив Романа домой, я сел на поезд, следовавший в обратном направлении. И через четыре часа я стоял на  уже знакомой привокзальной площади, сел в тоже такси, которое доставило меня в ставшее столь притягательное для меня  место, кафе «Чёрная дева».
 Всё было до боли знакомо: чарующая музыка, отменное угощение, те же танцы, игра в счастливый билет. Только счастливый билет не попался. Я приходил снова и снова, пока не растратил все деньги.
В тот вечер у меня не было денег даже на ужин. Я зашёл в надежде увидеть её. Сидел долго. Наконец, она сжалилась и стала танцевать. Сцена была низкой, и я весь танец простоял возле неё на коленях и, как сумасшедший, шептал:
- Богиня, позволь прикоснуться хотя бы к твоему пальчику.
Танец кончился. Танцовщица исчезла. Я упал на сцену, рыдая и моля о пощаде.
Кто-то из мужчин стал оттаскивать меня от сцены.
- Дурень, кого ты молишь! Это же призрак. Настоящей девы нет. Понимаешь, вообще нет. Это кафе призраков.
Я плакал и  твердил, что не верю. Но мужчина тащил меня наверх, на улицу.
- Бежим, бежим скорее от этой чертовой девы!

На улице он посадил меня на лавочку, так как я отказался дальше идти, а сам быстро зашагал в сторону вокзала. Не знаю, сколько времени я просидел, но подул ветер, и своей прохладой подействовал на меня отрезвляюще. Я стукнул кулаком о лавочку и крепко выругался.
- В конце концов, я мужик или размазня!?
Поднялся, сделал несколько шагов и остановился. Защемило сердце. Оглянулся на сверкающую рекламу кафе и прошептал
-Прощай, Виктория! Прощай, моя мечта! – и, не оборачиваясь, зашагал по бульвару. Сами собой начали складываться строки:
«Ты как мечта, и будь мечтою,
И боль, и слать,
Ведь уголёк звезда, лишь стоит
Звезде упасть…»

Навстречу по бульвару кто-то шёл, но я не поднимал головы, меня больше ничего не интересовало. Я был занят. В моей голове рождались стихи! Впервые в моей жизни!
Прохожий тронул меня за плечо.  « В чём дело?! Зачем мне кто-то мешает?!» Как я был зол, когда поднимал глаза. Но в тоже мгновение из груди моей вырвался стон. О-О!!! передо мной стояла Виктория. Она стояла рядом! Я мог дотронуться до неё рукой. Вот она приподнялась на цыпочки…Я почувствовал прикосновение ей влажных горячих губ… Значит это не сон! Мне хотелось закричать, но силы вдруг покинули меня, и я издал только слабый стон:
- Не исчезай…
- Я с тобой, мой поэт! Я ждала этого момента, когда в тебе родится поэт. Ты предначертан мне судьбой. Отныне ты мой поэт, я твоя муза.

Вот такая история приключилась со мной. Остаётся добавить только то, что Виктория сдержала слово. Мы вместе, и она не устаёт меня удивлять и вдохновлять. Мои книги со стихами стали популярны не только в нашей стране, правда, издаюсь я не под своим именем. Если встретится вам книга стихов  Сергия Родмирова, знайте, что это моя».
Я закрыла тетрадь. Невероятная история поразила меня, поэтому слегка доработав, я помещаю её в свою книгу «Романтические новеллы», так как только туда эта история и предназначена.