Сад забытых вещей

Заглянем-ка завтра мы в скверик.
Там кроме обычных кустов
увидим мы чьи-то потери,
висящие вместо листов.

Хозяин – владелец предмета
себя, уходя, укорил:
при нём было что-то и где-то,
куда он его применил?

Не применял он предмета.
Он вспомнить не может пока.
Да, было в руке что-то, где-то,
теперь уж свободна рука.

Забывчивость людям присуща,
любой что-то где-то забыл,
а значит окрестность всё пуще
предметом своим засорил.

Понятие «память девичья» –
особый такой феномен:
мечтать о таинственном личном
потребностям сущим взамен.

Забывчивость в людях любая
для сада забытых вещей –
так это возможность прямая
сад сделать обширней, пестрей.

Вот тут эти женские туфли,
что сняты с мозолистых ног.
Хоть ноги изрядно припухли,
не в этом забыть их предлог.

Вот здесь с именинника лента,
кораблик бумажный сухой,
очки сняты с глаз пациента,
вот мяч, просолённый слезой.

Игрушечный ржавый солдатик
на страже стоит у корней.
Вдруг ветер хоть что-то подхватит
касаемо календарей.

Вот кукла с фарфоровым телом
в ветхой одежде лежит.
Зрачком шевельнуть не сумела.
Не бодрствует, но и не спит.

А плющ… он ползёт  с любопытством
по крышке  дрянной сундука.
Шитьё, уже став неказистым,
достать не стремится рука.

И словно опавшие листья,
все письма валяются здесь.
Чернила поблёкли, чтоб скрыться.
Нам их  невозможно прочесть.

У каждой скамьи на аллеях
всё ширится сад, но ничей…
И нет его в чьих-то идеях.
Сад этот забытых вещей.