На плечах Гумилёва
смолкает всё: и соловьи, и пушки.
Он не тапёр на праздничной пирушке,
не пьяный похоронный оркестрант
Его мозоли на натруженных руках
не так мучительны, как на душе мозоли.
Он вечный раб своей сердечной боли,
И да пребудет в рабстве чем в веках
Не человек, почти или уже,
он крыльев за спиной не замечает,
Он душу заложил и твёрдо знает
всю цену этой трепетной душе.
Едва ли выкупит её опять.
Вернуть залог обратно невозможно.
Тому, кто скрипку взял неосторожно,
судьба одна: сжать зубы и играть
Свидетельство о публикации №126031207379