столица

спёртый воздух метрополитена
вереницы жёлтого такси
женщина в пуху
прячет душу с телом
мужики, идущие без сил
по домам, из офисов, со склада
после мук и волокиты смен
марш дельцов
и
деловитых взглядов;
им мерещатся СЗ и кипы смет.
реагент подошвы разъедает.
руки ест какой-то аллерген.
вглядываясь в лица глашатаев
что листовками, прилипшими к ноге
всех пытались наградить ретиво
я мелел восторгом от столицы
чуя кофе с нотками этила
в переходах, вид чей роговицу
раздражал изысками граффити.
было чувство, будто я
чащобный
где-то и когда-то это видел:
век знаком с китайгородской шоблой
век гулял по залам РГБ
наизусть знал ГЭСовские залы
как и луж пенящийся фраппе
вылитый на Площадь трёх вокзалов.
я влюбился, может, но на миг
я вернусь, возможно, на чуть-чуть.
ну, Тверской, оставьте, mon ami
с большим счастьем жизнь свою влачу
я под боком Куш-Кая, у моря
где на месте клёнов кипарисы;
путь к столице много кем проторен
путь к столице много кем описан
но дорогу к дому, там, где пристани
там, где солнца крымский каравай
я люблю до боли и неистово.
Воробьёвых гор вид маловат.