Окарина...

Окарина, свистулька, боль - гусёнок
В истрёпанной одежде старика,
Жизнь усмехнётся вслед, вздохнёт спросонок,
Заколот поросёнок, нет рубля.

Но есть свистулька, звук через октаву,
Диатонический, священный звукоряд,
После покоса выросла отава,
Старик надел старинный свой бушлат.

Набит едой духовный рот калеки,
Здесь облака и вязкий небосвод,
На волю отпусти слезинки - реки,
Пусть смотрит мир, как дедушка поёт.

Блестит фарфор нехитрого гусёнка,
Скользят умело пальцы старика,
Упорный взгляд несчастного ребёнка,
Который хочет болью Свет поймать.

Кто ропот усмиряет тощей рощи,
Пуд счастья променяв на неба вздох,
Тот превеликой вечности настройщик,
Того отметил вечным счастьем Бог.

Пусть намолчатся в поле горе - травы,
Лист захлебнётся кровушкой земли,
Все старики с окаринами правы,
Они простить Безмолвие смогли,
Запомни милый, горе не отрава,
Коль в горе есть пророчества любви...