Судьба чужая

Попросилась на ночлег в дом судьба чужая
Обещала дать за кров счастья и добра
Я впустил её тогда всё ещё не зная
Что чужбину не изгнать, как придёт пора

А судьба чужая горб. Жизнью не исправить
И врачей ты не найдёшь, чтобы излечить.
С нею научился я падать и вставать, ведь 
Выбора порою нет — только дальше жить. 

Я мечту свою зажал, как в тисках страницы, 
Перечеркивал слова,  прятал голоса, 
Но внезапно встал рассвет, вышел на границы, 
И в окно мое вошла майская гроза. 

В вихре молний и дождя зашумели дали, 
Словно мир напоминал, кто во мне живет, 
Что не все пути закрыты, что не всё отдали 
На причал чужих утрат прибивает лед. 

Я увидел: этот горб — не конец дороги, 
А случайный тягот груз , странный, но не вечный, 
Если встану в полный рост, распрямляя ноги, 
Под ногами зазвучит новый ритм беспечный. 

Вдохновение пришло — тихой птицей в руки, 
Село на мое плечо, тронуло пером, 
И уже не так черны прошлых дней разлуки, 
И не так внутри скрипит старое ярмо. 

Я сказал судьбе чужой: не  моя страница, 
Ты уроки, с болью сердца, без конца и дна, 
Я не раб твоих оков, ты же просто жрица, 
Я — хозяин тех ветров, в коих ты одна. 

Каждый шрам во мне теперь — звезды и созвездья, 
Каждый страх — свет костра в самый темный час, 
Ты не сможешь, жизнь чужая, затушить надежду, 
Если хоть одна искра летит в душе у нас. 

Попросилась на ночлег в дом судьба чужая, 
Стала грузом, стала тенью, стала холодком, 
Но в душе растет другая — теплая, своя, живая 
Та, что никогда не скажет: «Поднимись, иди тайком». 

И когда придет пора, двери распахнувши, 
Я уйду своей тропой, выбирая свет, 
Горб чужой оставлю там, где был путь нарушен.
Где чужие голоса больше не звучат в ответ. 

Пусть запомнят эти стены, как я был ранимым, 
Как боялся первый шаг сделать в никуда, 
Но однажды светлой ночью стал я пилигримом, 
Потому что сердце шепчет: «Встань. Иди вперёд всегда».