80

Знаешь, можно было бы идти на митинг, шашкой махать за протесты.
Да только это ничего не изменит для мира, а только испортит твою жизнь окончательно и перекроет последний свежий воздух.

Ненавижу чувство власти в людях.
Ненавижу то, что люди вынуждают делать так, чтобы она была.

Ненавижу эту горькую шоколадку за то, что она называется шоколадкой, хотя внутри совсем не про детство.

Ненавижу молчать, когда внутри всё орёт, но приходится не орать, иначе некогда будет дышать.

Ненавижу, что теперь тебя могут посадить за мысли, которые только-только зарождаются в твоей голове.

Ненавижу, что Оруэлл не предупредил, а подал кому-то идею действовать по написанному сценарию — и в итоге оказался прав.
Но этих прав на правду больше не существует.

Поэтому будем перестукиваться, сидя в собственных квартирах, которые до сих пор почему-то в словаре Ожегова не переименовали в «камеры».

Но есть слова, которые нельзя называть своими именами, потому что тогда не высовывается смысл в проблемах.

Хочется выйти из жизни, но чувствую, что и жизнь — это на самом деле другое слово, о котором не принято говорить, а принято принимать на грудь.

11.03.2026_14:15