Господин из книжного

когда-то и где-то проживал господин
был хмур он и мрачен, уж совсем нелюдим
жил в каморке-разрухе, в дверь никто не стучал
и всегда одинок, никого не искал

глаза блеклые очень, и поникший совсем
говорил так, немного, о погоде, весне
все его избегали, ведь не любят таких
и понять тоже можно, сторонятся «других»

господин тот, всё время лишь книги читал
их наверное лучше людей понимал
на скамейке в семь тридцать сидел каждый день
и очки поправляя вкушал строки те

познакомился с ним я, то май был, кажись
у него есть свой книжный, небольшой и в глуши
непонятно зачем тот, его здесь открыл
на окраине самой, где кругом ни души

господин улыбнулся на этот вопрос
и промолвил тихонько «зависим от грёз»
диалог наш тогда завершился, увы
но в конце той недели, ноги в книжный пришли

запах дерева, пыли - стали домом вторым
навещал господина толи месяц, толь три.
говорили о разном - о жизни, мечте
о рае и аде, о Боге, судьбе

«знаешь, друг мой» ель слышно,
чувство, будто себе
пробурчал
«не всегда слово жизнь должно быть по душе»
вглядом глупым, моргая, я тогда посмотрел
и увидел впервые в тех глазах глубь извне

…
вечера пролетали быстрее чем миг
парень русый младой, рядом с ним и старик
размышляли часами на скамейке сидЯ
вместе книги читали, словно детства друзья
…

наступила пора, когда дел не считать
перестал я на время его навещать
постоянно витал в облаках, был нигде
не хватало бесед, люди были не те

и лишь месяц спустя, груз рутины спал с плеч
шёл знакомой дорогой, ждал ту честную речь
список новых вопросов, философских, других
приберёг бережливо в закаулке души

но ответ на них так и не смог получить
книжный будто заброшен, пыль на ручке двери
от обиды и боли, рёбра в сердце впивались
сжалось всё, я тонул в этой скорбной печали

…
терпкий запах и вычурный, странный венок,
но не ясно зачем он здесь и от кого
у могилы стоял абсолютно один
молодой русый парень, а в земле друг-старик.