Книга роман Королева 17 часть 29 глава

В глазах короля Ричарда мелькнула едва уловимая хитринка, когда он предложил ей провести время вместе. Сердце маркизы забилось в бешеном, неистовом ритме, словно пытаясь вырваться из груди.

«А как же ваша супруга?» – вырвалось у неё, голос дрогнул от волнения, которое она тщетно пыталась скрыть, но оно плескалось в её глазах, выдавая всю глубину её смятения.

«Она, кажется, приезжает завтра, – ответил король, его голос был низким и обволакивающим, словно бархат, проникающий в самые потаенные уголки её души, – гостит у графини Изольды в её замке».

«Почему бы и нет?» – с лукавой, но в то же время немного отчаянной улыбкой произнесла маркиза. В её глазах вспыхнула искра предвкушения, смешанная с трепетом, почти мольбой. – «Сегодня весь вечер я ваша». В её голосе звучало не только волнение, но и неистовое желание, которое она больше не могла сдерживать.

«Удивительно, что вы одна, без мужа, – заметил Ричард, его взгляд скользнул по её лицу, словно лаская каждый изгиб, – ведь вы так прекрасны, что сводите с ума».

«Ох, – вздохнула она, чувствуя, как краска заливает её щеки, словно пожар, – моя жизнь и молодость – лишь игра судьбы. Я искала мужчину с богатой историей, с той искрой, что заставляет сердце биться чаще, но всё проходит, словно пыль в глазах, оставляя лишь горечь». В её словах звучала глубокая, почти невыносимая тоска по настоящему чувству.

Король, словно почувствовав её уязвимость, обнял её за талию и прижал к стене в коридоре. Его прикосновение было одновременно властным и нежным, словно он боялся её сломать, но в то же время не мог удержаться. Нежность в его глазах, смешанная с явным, всепоглощающим желанием, манила её, как мотылька на огонь. Она жаждала ощутить его сильное, мужественное тело, почувствовать тот самый характер короля Ричарда, о котором шептались все. В такие моменты она была слаба, особенно перед ним, перед его властью и его страстью, которая, казалось, могла поглотить её целиком.

Маркиза прижалась к нему всем телом, чувствуя, как её собственное желание разгорается с новой, неистовой силой. Она подняла голову и поцеловала его в уста, не просто касаясь губами, а отдаваясь этому поцелую всей душой, всей своей сущностью, давая понять их взаимное, всепоглощающее влечение, которое зрело так долго.

Ричард, отвечая на её поцелуй, коснулся её лица, его пальцы были горячими, словно пытаясь разгадать все тайны, скрытые в глубине её глаз, в глубине её души. «Вы моя дорогая тайна, – прошептал он, его голос был хриплым от страсти, – я слежу за вами уже не месяцы, а годы. Вы – моё наваждение, моя единственная мысль».

«И почему же вы мне не сказали?» – спросила она, её пальцы легли на его широкую грудь, ощущая, как бьется его сердце, как пульсирует его сильное желание под тканью одежды. Её дыхание стало прерывистым, сбитым, словно она задыхалась от переполняющих её чувств.

«Боюсь, не смогу удержать себя в руках, – признался король, его взгляд горел неистовым огнем, – вы – охотница за сердцами, но я… я тоже не без греха, и вы – моя самая желанная добыча».

«Вы – охотник на красоту природы, – ответил он дрожащим голосом, его губы снова нашли её, целуя властно, поглощая, словно не желая отпускать, словно пытаясь впитать в себя всю её суть. – И сегодня вы – моя добыча, моя страсть, моя погибель».

Её сердце бешено колотилось, откликаясь на его прикосновения, на его слова, на его




неистовый огонь. Она чувствовала, как её собственное желание нарастает, сметая все преграды, все условности, все страхи. В этот момент не существовало ни королевы, ни придворных, ни правил, ни завтрашнего дня. Были только они двое, их страсть, их тайное, всепоглощающее влечение, которое так долго зрело в тени, а теперь вырвалось наружу, подобно бушующему пламени.

Он отстранился лишь на мгновение, чтобы заглянуть ей в глаза, и в них она увидела отражение своего собственного огня, своей собственной жажды. Его губы снова нашли её, и поцелуй стал глубже, требовательнее, почти отчаянным. Его руки скользнули по её спине, притягивая ещё ближе, пока между ними не осталось ни малейшего зазора, пока их тела не слились в единое целое.

Маркиза обвила его шею руками, отвечая на каждый его поцелуй с такой же пылкостью, с такой же неистовой страстью. Она чувствовала его силу, его мужественность, его властность, и это опьяняло её, лишало рассудка. Она всегда мечтала о таком мужчине, о такой страсти, о таком безумии, но никогда не смела надеяться, что это будет сам король, что это будет Ричард.

«Пойдёмте», – прошептал он, отрываясь от её губ, его голос был хриплым, полным невысказанных обещаний и жгучего желания. Он взял её за руку, его пальцы переплелись с её, и это простое прикосновение пронзило её до самых глубин души. Она не могла сопротивляться, да и не хотела. Её тело, её сердце, её разум – всё принадлежало ему в этот момент.

Они двинулись по коридору, их шаги были почти бесшумными, словно они были призраками, движимыми лишь одной целью. Каждый взгляд, каждый вздох, каждое прикосновение было наполнено невыносимым напряжением, предвкушением того, что должно было произойти. Маркиза чувствовала, как её кровь пульсирует в висках, как её кожа горит под его взглядом. Она была готова отдаться ему без остатка, забыв обо всём на свете, кроме этого момента, кроме этой страсти.

Дверь в его покои распахнулась, словно приглашая их в мир, где не существовало ничего, кроме их двоих. Тусклый свет свечей отбрасывал причудливые тени на стены, создавая атмосферу интимности и тайны. Ричард закрыл дверь за ними, и звук щелчка засова прозвучал как окончательное отречение от внешнего мира.

Он повернулся к ней, и в его глазах горел такой огонь, что она почувствовала, как её колени подкашиваются. Он снова притянул её к себе, и на этот раз поцелуй был ещё более глубоким, ещё более властным, ещё более откровенным. Его руки скользнули по её талии, затем вверх, к её волосам, распуская их, позволяя им рассыпаться по плечам.

«Моя маркиза, – прошептал он, его губы касались её шеи, посылая по её телу волны мурашек, – вы не представляете, как долго я ждал этого момента. Как долго я мечтал о вас».

Она застонала в ответ, её пальцы впились в его плечи. Слова были не нужны. Их тела говорили за них, их прикосновения, их поцелуи, их дыхание, которое становилось всё более частым и прерывистым. Она чувствовала, как его сильные руки расстёгивают её платье, как ткань скользит по её коже, обнажая её плечи, её грудь.

В этот




моменте время словно остановилось. Вокруг не было ничего, кроме их дыхания, смешанного с шёпотами и стуком сердец, бьющихся в унисон. Она ощущала каждое прикосновение, каждое движение его рук, словно это был самый нежный и самый страстный танец, в котором они были единственными партнёрами.

Ричард медленно провёл пальцами по её коже, вызывая дрожь, которая пробегала по всему телу. Его глаза горели неугасимым пламенем желания, и в них читалась вся глубина чувств, которые он хранил в себе долгие годы. Он словно хотел запечатлеть каждую черту её лица, каждую линию её тела, чтобы навсегда сохранить в памяти этот миг.

Маркиза, забыв обо всём, отдалась этому чувству без остатка. Она чувствовала, как страсть разгорается внутри неё, как пульс учащается, как дыхание становится всё более прерывистым и горячим. Её руки скользили по его спине, цепляясь за ткань одежды, словно боясь отпустить, а сердце рвалось наружу, требуя быть услышанным.

«Ты — моя судьба», — прошептал Ричард, его голос дрожал от эмоций. Он наклонился, чтобы коснуться её шеи губами, оставляя там лёгкие, едва ощутимые поцелуи, которые разжигали в ней огонь ещё сильнее. Его прикосновения были одновременно нежными и властными, словно он хотел не только обладать её телом, но и проникнуть в самую глубину её души.

Она ответила ему тем же, её пальцы запутались в его волосах, а губы искали его, жадно и страстно. В этот момент не было ни страха, ни сомнений — была только абсолютная близость, абсолютное доверие и желание, которое с каждым мгновением становилось всё сильнее.

Время текло незаметно, растворяясь в их поцелуях и прикосновениях. Коридор, замок, весь мир вокруг перестали существовать — остались только они двое, погружённые в вихрь страсти и нежности, в котором не было места для одиночества и боли.

Когда наконец их тела слились в едином порыве, маркиза почувствовала, как все её страхи и сомнения рассыпаются, уступая место новой силе — силе любви, силы, которая могла изменить всё. Она была готова идти за ним куда угодно, бросить вызов судьбе и всему миру, лишь бы остаться в этом мгновении, в этом огне, который они разожгли вместе.

Ричард шептал её имя, словно молитву, и в каждом звуке звучала нежность и страсть, которые она никогда не испытывала прежде. Их дыхание смешалось, сердца били в унисон, и в этот миг они стали одним целым — королём и маркизой, пленёнными друг другом, пленёнными своей страстью и своей судьбой.