зелье

что ж это, гость к нам пожаловал утренний?
долгим же путь был твой — в грозы, под бурями,
сквозь небосвода поток перламутровый,
льющийся с клёна чернеющих жил.
тропы к деревне развилками спутаны;
здесь нам нечасто встречаются путники.
ты осмотрись. что же замер, как в ступоре?
коли приглянется что — расспроси;
 
поверху полки заставлены зельями,
крепкими, в мареве лет потемневшими.
лавка едва процветает, да держится
всё ещё силами местных купцов,
пеших бродяг, чародеев и лекарей.
травы отыщешь внизу с сухоцветами;
сколько ночей собирал я их трепетно
в мшистых лесах, средь палящих песков,
 
меж тросников и дремучих кустарников,
вязнув в трясинах, сбегая от паводков,
сколько дарили покоя израненным —
битвой, болезнью — их соки с корней!
стеблей экстракты — для разума ясности;
шрамы на теле распустятся астрами,
коль пригубить ты хоть раз попытаешься
мёртвой водой окроплённую смесь
 
в вычурной склянке, запрятанной в погребе...
а, так ты тоже охоч до диковинок?
есть одно зелье — тебе подойдёт оно,
много вокруг него бродит легенд.
капля одна — и бутоном раскроются,
даром небес, сонмы фраз околдованных.
но не ликуй слишком рано, не дёргайся —
коль его выпьешь, близка будет смерть,
 
морок поселится в мыслях отравленных.
тьмой погубив своего же создателя,
прочь ускользнёт, не удержится в памяти
с вязи созвучий сочащийся яд;
строки взойдут ореолами зарева,
мёдом гречишным, морошкой и маками,
ливнем и моросью с сердца сползая, но
только никто их не сможет вобрать —
 
скрытой от глаз, станет проклятой рукопись,
бездной в ней каждое слово распустится.
верно глядишь теперь пташкой испуганной,
в шелесте неба почуявшей смерч.
благостна почва, да скверно орудие.
сам посуди, как бы вышло разумнее?
станут торговцы ль к заброшенным улицам
близиться, нищих пытаясь завлечь
 
блеском колец золотых да серебряных?
силу клинка испытать ли без недругов?
сложится ль песнь, коли петь её некому,
коль не взрастёт она в душах чужих
пряной травой, горицветом и вереском?
ты не руби с плеча, путник, проверь же всё.
может, потом преиполнишься смелости...
зелье до тех пор ещё постоит.