Катаклизм

Когда миры ещё дышали мирно
И небо было ясным, как рассвет,
Хранил глубины каменных эфиров
Дракон, чей взгляд был старше тысяч лет.

Он был Нелтарион страж утёсов,
Владыка недр и древних горных стран,
И тихий гул подземных голосов
Склонялся пред хранителем громад.

Он был опорой хрупкого равновесья,
Щитом для мира, стражем тишины,
И даже ветры древнего предвестья
Ему служили эхом глубины.

Но шёпот тьмы, рождённый в бездне вечной,
Поднялся из бездонных пустот,
И разум, некогда такой безупречный,
Сковал холодный шёпот древних вод.

В глубинах мира, где клубится бездна,
Где спят забытых ужасов следы,
Он слышал голос тихий, но железный —
Зов гибели из древней темноты.

И медленно, как буря над горами,
Менялся взгляд хранителя земли,
И свет угас под чёрными крылами,
Что некогда защитой миру шли.

С тех пор дракон восстал из недр планеты
Как воплощенье ярости миров,
И небо стало пламенем одето
Под гулом его огненных оков.

Его полёт — как буря катастрофы,
Как гром судьбы над хрупкою землёй,
И города склонялись перед гневом
Его разрушенной и страшной волей.

Разверзлись горы, треснули равнины,
И океаны вздыбились стеной,
Когда дракон, владыка глубины,
Вернулся в мир пылающей стрелой.

Над небом вспыхнул пламенный разлом,
И время будто треснуло во мгле,
Когда Смертокрыл — владыка бурь и грома
Пронёсся тенью над самой землёй.

И каждый крик под пеплом катаклизма
Тонул в огне его тяжёлых крыл,
Пока миры дрожали в механизмах
Его безумной ярости и сил.

Но даже в сердце огненного гнева,
Где ярость рвёт остатки прежних лет,
Живёт тень древнего земного древа —
Дракона, что когда-то нёс рассвет.

И ветер шепчет над руиной древней
Историю погибших королей:
Как страж земли, предавший свет и древо,
Стал бурей для бесчисленных морей.

Так в хрониках, забытых и холодных,
Средь пепла и разбитых городов
Живёт легенда о крыле бездонном —
О падшем стражнике миров.