***
Так хлебаешь на печке за обе щеки
борщ уныния. Нет, не вкусно.
Да, я знаю, грустные эти стихи
больше жалоба, чем искусство.
Или — поза. Фиговый листик слов,
опоясавших уязвимость.
Змей уполз, оправдание не спасло,
Ева не извинилась.
2
Читал Рыжего. Тоже трагизм как цель,
гибельное начало.
Петли запятая в его конце,
что её предвещало?
Суи — мать его — цид. Падёж
человечины. Масса!
Целишься в душу, но попадёшь —
это как пить дать — в мясо.
3
Боль домогается сильных фраз.
Эти стихи — анамнез.
С музой расстались. Я ей: «Ты мразь»,
«Ты эгоист!» — она мне.
Ну и прекрасно. Давай, иди.
Знать, подувяла роза.
Сам себе быдло и господин,
вытрусь, ударюсь в прозу.
4
Мне двадцать восемь. Вполне живой.
Девственник, между нами.
Столько копался, что боже мой,
в спаме воспоминаний,
бегал к психологам, ныл, лакал
пиво, ругал Россию..
Вкус материнского молока
связан, увы, с насилием.
5
Рифма последняя неслуча...
неслучайная рифма.
Титаник движется. Блеск луча
не озаряет рифа.
Днище пробито. Скрипачи
звуки фальшивят гимна.
Страшно, Господи, не молчи.
Господи, помоги нам.
25 июня 2023 г.
Свидетельство о публикации №126031104434