Смиренный гость в империи глупцов

Когда туман съедает контур зданий
И город тонет в суетном вранье,
Я вижу пса — венец былых страданий
На этой неприкаянной земле.
Он смотрит вдаль, где мы не видим смысла,
Читая воздух, точно манускрипт.
Над нами власть бессмыслицы повисла,
А он молчит. И тем он знаменит.

У нас — дебаты, санкции, химеры,
Желанье высечь, выстроить, попрать.
А он хранит остатки высшей меры —
Умение прощать и понимать.
Мы кажемся себе царями мира,
Кроя судьбу под свой ничтожный рост,
Но с точки зренья верного сапфира
Собачьих глаз — наш путь нелепо прост.

Пока мы бьемся в пене заголовков,
И в сотый раз штурмуем тупики,
Он ждет у двери — мудро и неловко,
Лишь вздрагивают чуткие зрачки.
Мы копим злобу, звания и вещи,
Теряя смысл в потоке глупых слов,
А он глядит — пронзительней и резче,
Свободный от сословных кандалов.

И кажется — не мы его выводим
На поводке в промозглый сонный двор,
А он нас тащит, вопреки природе,
Сквозь наш извечный антропо-позор.
Он — высший разум, сосланный на сушу,
Смиренный гость в империи глупцов,
Единственный, кто сохраняет душу
Среди ходячих мертвых мертвецов.