путь воина в русском детском садике

немногословен, ясен и спокоен,
поскольку худшее уже случилось —
кто сомневался здесь, что я не воин,
что мне не хватит доблести и силы?

и, что в ловушке, без поддержки мамы,
я потеряю самообладанье,
когда в кровать уложат без пижамы,
и в красном супе разведут сметану?

хоть сокол зёрен и не подбирает,
от пшенной каши никуда не деться!
сжимаю зубы, до конца сжимаю,
и закаляю дух в разгар последствий.

а на концерте, где отход немыслим,
пою, пока не вывезет прямая,
не понимая миссии и смысла,
известно — воин стену не ломает.

коль требуют «язык»*!— учусь смиряться,
держу язык по мере сил наружу,
и принимаю долю — это, братцы,
искусство — не скисать, когда сконфужен.

я им твержу про лаву и вулканы,
volcanoes, lava, что не love, не giant!
они мне дарят книгу с великаном —
совсем твоя моя не понимает!

но я вода — я не меняю мира,
себя жалеть для воина негоже,
ступаю в зыбкое — копирую жуира,
подкатывая к той, что помоложе.

*в английском языке понятие «язык», как разговорная (знаковая) система, и, как орган — это разные слова.