Вавилон на краю краха, осада Вавилона

И в эти проклятые дни Вавилон
Был распрями донельзЯ измождён.
Великий сей город учёных мужей,
Поэтов, врачей, кровожадных царей.

Лишь только халдеи решили стоять:
- Проклятому Киру отпор надо дать.
Веками те правили этой страной
И в бой, кто хотел, повести за собой.

Вот армия Кира стоит у ворот,
Но Кира в победе сомненье берёт.
И начал он штурм, горожане те льют
Горящей смолой да и камнями бьют.

Погибло при штурме там много солдат,
Могучие стены, как прежде, стоят.
Снимает осаду: «Пока подожду,
А то не дай бог впросак попаду».

Он денно и нощно на крепость глядит
И вынести свой он не может вердикт.
Увидел однажды плиту — письмена,
Но суть этих текстов ему не видна.

Призвал он к себе Угбару: «Прочитай».
- Подземное русло, об этом ты знай.
Найти постараюсь, кто строил его.
Слугой был когда-то и знал ремесло.

А Кир, он добился согласье, тот дал,
И царь на работу всех пленных сослал.
- «Почти всё готово», — доклад получил.
Погибло там много, без пищи нет сил.

И стали решать, кому первым войти.
- «Но персы — они мне дороже, близки.
Погибнет их много». — «Постой, не спеши.
Ты гостя Рустама на них наведи.

Им почесть окажешь, бог персов храни.
«Прости — не ужиться шакалу и льву».
Сказал это Гарпик царю своему.
Зачем объяснять, всё понятно ему.

Давно ненавидит Рустама — бойца,
И злоба кипит в нём, не зная конца.
Он рад, пусть погибнет в бою сей дикарь,
А коли живым, мы устроим как встарь:

- Летите к Рустаму, пусть скачет ко мне.
«Я знаю, ты мудр, любимец войне.
Дарю тебе честь первым в город войти
И право добычи на сутки твои».

Могучий Рустам своих саков ведёт
И первым с победой он в город войдёт.
И саки на сутки хозяева в нём,
И весь Вавилон он подвержен огнём.