Каньон и роза
I
Прозрачны горы на заре
И призрачен пейзаж отрога,
Туман дрожит на острие
Едва проснувшегося «бога».
Здесь всё умолкло, только свет
Всё спорит с тайной тени,
И между них согласья нет,
Лишь хлад и сон забвенья.
Он с незапамятных времён –
Окрестности знаменье,
И подданный её каньон
Бросает вниз каменья.
Ещё рассеян солнца луч
В тумане сине-белом,
А воздух хладен и тягуч,
Лежит валун замшелый.
К подножью Ветреница льнёт,
Утратив все приличья,
В полукольцо его берёт,
Но гибнет в безразличье.
Здесь всё и вся ему верны,
Он сам покой и вепрь,
Лавиной сосны снесены,
Их младшим – больше века.
Он может ветры усмирить
И сделать склоны лысы,
Отряд заблудший напоить
На пастбище кумысом.
Но только не его дела…
Он весь в далекой выси,
Всегда готов убить врага
И друга, не помыслив.
II
Печален и суров каньон,
На дне он прячет розу,
Он сотни лет в неё влюблён,
В нём это, как заноза.
Заноза в сердце у него,
Как это получилось?
Он жил без сердца до неё,
А с ней оно явилось.
Оно – и сердце, и душа,
Его совсем не слышно,
Но где-то в камень проросла
Одна из диких вишен.
И красных ягод липкий сок
На склон стекает к ночи,
Собой пропитывая мох,
Он будто кровоточит.
Когда случаются дожди
И кровь они смывают,
У вишни новые плоды,
Краснея, созревают.
Боятся птицы их клевать, –
Дурная ходит слава,
Что можно замертво упасть –
Сильнее нету яда.
Страданье сердца велико,
Растрескался тот камень,
Но корни дерева его
Питаются страданьем.
А мёртвой розы лепестки
Сохранены туманом,
Каньон собирает слёз ручьи,
Как хмарь над океаном.
Века минуют с трескотнёй –
Людской или оружья,
А он заворожён мечтой,
Она мертва, так лучше!
Что мог бы дать он ей живой,
Какие его ласки?
Один единственный покой
Да ночи звёздной сказки.
А так он сохранит красу,
Атласной кожи нежность,
Прожилок, спрятанных в листву,
Головки безмятежность.
Был аромат, как естество,
Но, в бездну упадая,
Она летела, как перо,
От страха умирая.
А сверху тот же птичий гвалт,
Бездумное веселье,
И это всё, от смерти в шаг,
Их жизнь – одно мгновенье.
А кто воздаст за плен его,
Бессмертье разве счастье?
Одна любовь лишь – торжество
И тайна за печатью.
Там наверху любовь – обман,
Как тонкий слой из снега,
Его – похожа на вулкан
Внутри, снаружи – нега.
Когда она к тебе придёт,
Ты – глубже и сильнее,
Как умудрённый звездочёт,
И жизнь твоя ценнее.
Других цветов уж боле нет,
Гигант роняет слёзы,
Туман меняет синий цвет
На цвет, хранимой розы.
III
Романтик, ты поверишь мне,
Готов принять без стона
Судьбу, печальную вдвойне,
Забытого каньона.
И если жалость есть в тебе,
Ты знал любви потерю,
Пусть катится слеза к щеке
За верность и за веру.
Я поручусь за тех двоих,
Любви принявших «зелье»,
И путь готов их повторить,
Хоть розы, хоть ущелья.
Тогда уже у бездны пусть,
Судьбы своей не зная,
Любовь войдет в меня, как суть,
Туманом в ней растаю.
Саратов, апрель 2024 г.
Свидетельство о публикации №126031004894