Из рода человеческого

Однажды жизнь покажет без прикрас

Изнанку слова, жеста, взгляда, звука,

И ритм случайного ночного стука

Отдастся в сердце, как нездешний глас.


Где сон, где явь? Так часто не понять

Как песня ветра превращалась в осень,

И если кто-то беспардонно спросит:

"Зачем живёшь?" Найдёшься ли опять?


Он как-то жил без судьбоносных целей,

Судьба сама несла неведомо куда,

Но в омут не бросала никогда,

А он и плыл, ей доверяя смело.

Знал, человек приходит погостить

В таком простом и нелукавом мире,

Где есть обычно мёд и хлеб обдирный,

И птичье молоко, чтоб вдоволь пить.

Был в птичьих стаях белою вороной,

Смотрел и повторял, что "это хорошо"*,

И радовался, если вдруг зашёл

К нему чужой, уже не посторонний,

Путь как-то приведёт. А он и не спешит,

И было всё равно - налево ли, направо...

И выпил бы из Божьих рук отраву,

Ему оставленную на помин души.


Трава, вода, пчелиное жужжанье

Звенели в нём, как тонкий звук в стекле,

И даже след звезды в полночной мгле

Он принимал, как личное посланье

От высших сфер, где знают всё о нём,

И верил, что в последнее мгновенье

Он будет слышать ангельское пение

Сквозь тонкий горизонта окоём...


А марта полуголая весна

Захлёбывалась в изобилье света.

Он сплёл ей платье из прозрачных веток

И крУжева из завтрашнего сна...



* В первой главе Книги Бытия фраза "это хорошо" повторяется 7 раз