Есенину

Мы с тобой кружились в вихре сотен кабаков.
Мой призрачный любовник, кем изволишь
Величать себя сегодня, среди домов
Панельных, чью ты жизнь изводишь?
Сердец разбитых сколько в нынешнем веку?
Разбитых лиц, разбитых барных стоек?
Бежать ли в Петербург? Наверное, смогу
Переписать финал рассказанных историй.
Кружась по кабакам, как сотню лет назад,
Напиваясь и целуясь в Петрограде,
Опишет наш роман гонимый русский мат,
Скромно, мелким почерком, в клетчатой тетради.
Но мы с тобой, мой друг, забудем это знать,
Что любовь до гроба не входит в наши планы.
Что вторые шансы опасно получать,
Будто сладкий яд, что на дне стакана.
Испить любовь нам было суждено
Но лишь слегка, не напиваясь вдоволь.
И мы испили, в кабаках, с вином.
И это послевкусие забудется ли? Скоро ль?
Не знаю, стоит ли встречаться в этой жизни…
Слушать стихи твои и Жоржа Бизе…
Лелеять стенания все и капризы,
Et tout s’est tu, sous un ciel apais;.