Дело о Пропавшем Обеде

В одном лондонском дворе, на Бейкер стрит, жили щенок и котёнок. Самые обычные, если бы не одно но... Их звали Шерлок Холмс и Джон Ватсон. И их приключения начались ровно в полдень, когда хозяйка не принесла миски с едой...
Ровно в полдень двор погрузился в тревожную тишину. Солнце стояло высоко, голуби переговаривались о своём, а хозяйка… не вышла с мисками.

Щенок Шерлок поднял голову, прищурился и произнёс тоном, который обычно используют сыщики, когда понимают, что мир снова решил проверить их терпение:
— Джон, фиксируй время. Двенадцать ноль-ноль. Обед не доставлен. Это преступление.
Котёнок Джон, который только что пытался поймать собственный хвост, замер и важно кивнул:
— Согласен. Это тянет минимум на административку. А может, и на уголовку. Что делаем, Шерлок?

Щенок прошёлся по двору, обнюхивая воздух. Потом остановился, поднял лапу и торжественно заявил:
— Метод дедукции, Джон. Он никогда не подводит.
— Ага, — кивнул котёнок.
 — Это тот, где ты нюхаешь всё подряд?
— Это аналитическая работа, — обиделся Шерлок.
— И да, нюх — часть анализа.

Шерлок ткнул носом в дверь дома.
— Хозяйка не вышла. Значит, либо она занята, либо…
— Либо она забыла, — подсказал Джон.
— Невозможно. Она забывает только, куда положила очки. И то — они всегда на голове.
Щенок обошёл крыльцо, обнюхал коврик и внезапно замер.
— Джон. Здесь… запах.
— Еды? — надежда в голосе котёнка была почти болезненной.
— Хозяйки. Но смешанный с чем-то ещё… странным.
Котёнок подошёл, понюхал и задумчиво сказал:
— Пахнет… мылом?
— Хм. Интересно. Хозяйка мылась?
— В полдень?
— Джон покачал головой.
— Это подозрительно.

На заборе сидел старый воробей, который видел всё и всегда делал вид, что ничего не видел.
— Эй, пернатый, — позвал Шерлок. — Ты что-нибудь знаешь о пропавшем обеде?
Воробей вздохнул, как будто ему снова пришлось объяснять элементарные вещи:
— Видел я вашу хозяйку. Вышла с полотенцем на голове. Бормотала что-то про «маску для волос» и «пять минут подождать».

Шерлок и Джон переглянулись.
— Маска… — протянул котёнок.
— Это что, преступник?
— Нет, Джон, — тяжело вздохнул щенок.
— Это значит, что хозяйка занята… косметическими процедурами.
— То есть… обеда не будет?
— Пока нет.

Котёнок трагически рухнул на бок.
— Шерлок, это конец. Мы погибнем.
— Джон, соберись. Мы — детективы. Мы не сдаёмся перед лицом голода.
Щенок поднял хвост, расправил уши и торжественно объявил:
— Мы найдём еду сами.
Котёнок медленно поднялся, глаза его загорелись надеждой:
— Ты хочешь сказать…
— Да, Джон.
— Операция «Холодильник»?
— Именно.

Они вошли в дом так, будто переступали порог логова преступника. Шерлок — уверенно, с видом профессионала. Джон — крадучись, как будто пол сам по себе мог внезапно укусить.
Из глубины дома донёсся странный звук: пиииииип… пиииииип…
Джон вздрогнул:
— Шерлок… это что?
— Это… — щенок прищурился, — либо сигнализация, либо холодильник.
— А какая разница?
 — Огромная. Если сигнализация — нас арестуют. Если холодильник — мы спасены.

Они двинулись на звук. По дороге Джон заметил на полу крошки.
— Шерлок! Улика!
— Хм… — щенок наклонился, понюхал.
— Хлеб. Вчерашний. — Значит, кто-то ел!
— Да, Джон. Но не мы.
— Это… несправедливо.
Котёнок трагически вздохнул, но Шерлок уже двигался дальше — его хвост был направлен вперёд, как указка.

Они подошли к белому гиганту — холодильнику. Он тихо гудел, как будто знал, что сейчас произойдёт. Шерлок встал на задние лапы, упёрся передними в дверцу и сказал:
— Джон, будь готов.
— К чему?
— Ко всему.
Щенок потянул дверцу. Она не поддалась. Он потянул сильнее. Дверца издала звук «хррррррк» и открылась. Внутри — сияние. Холодное, манящее, обещающее.
Джон ахнул:
— Шерлок… это рай?
— Нет, Джон. Это холодильник. Но разница минимальна.

На нижней полке лежал кусочек сыра. Одинокий. Без присмотра.
Шерлок наклонился, понюхал и торжественно произнёс:
— Это ловушка.
— Почему?
— Потому что слишком легко.
— Но… это же сыр.
— Именно. Слишком очевидно.
Котёнок задумался:
— Может, хозяйка оставила его специально?
— Чтобы проверить нас?
— Ну… да? — Джон, хозяйка не устраивает проверок. Она устраивает уборку. Это разные вещи.

Джон заметил открытую бутылку молока.
— Шерлок, а это?
— Молоко.
— Я знаю, что это молоко! Я спрашиваю: можно?
— Теоретически — да. Практически — нет.
— Почему? — Потому что ты потом будешь бегать по дому, как бешеный.
— Это клевета.
— Это опыт.

И тут… Сзади раздался голос:
— А ну, отошли от холодильника, преступники!
Они обернулись. На пороге стояла хозяйка. С полотенцем на голове. И с выражением лица «я всего на пять минут ушла». Шерлок выпрямился:
— Хозяйка! Мы проводили расследование!
Джон добавил:
— И спасали дом от… сырной угрозы!
Хозяйка вздохнула, подошла, достала две миски и наполнила их едой.
— Вот вам ваше расследование.

Шерлок гордо кивнул:
— Джон, дело закрыто.
— Да, Шерлок. Но я всё равно считаю, что мы были близки к раскрытию заговора.
— Мы всегда близки, Джон. Мы — детективы.
И они сели обедать, как настоящие герои, которые только что спасли мир от голода. По крайней мере — своего.