Три матери

Начну с небольшого предисловия, с истории написания данного произведения.
Однажды, во время застолья по случаю дня полиции, мой друг и товарищ в своём тосте процитировал слова ветерана Управления "А" Центра Специального Назначения ФСБ России, полковника Виталия Николаевича Демидкина: "У настоящего воина должно быть три матери. Мать-Родина, Мать, которая тебя родила, и Мать, которая родила тебе детей. За это и воюем..."
Тогда эти слова очень запали мне в душу. В начале его речь показалось немного странной. Мол, как это так - три матери? Мама ведь одна, а тут - вдруг три? Потом, когда он досказал, я долго пытался осмыслить эти слова, а по итогу они меня очень вдохновили.
Написание этого стихотворения заняло не один месяц, и даже не год, я начинал его и останавливался, как будто не в силах подобрать слов.
И вот, в один день я поставил себе цель - дописать его к 8 марта. Я успел, но выкладываю только сегодня. Очень надеюсь, что Вы, дорогой читатель, оцените его по достоинству, ведь в него вложено больше, чем мысли, в него вложена душа.


Средь выжженных полей и горьких трав,
Где в небе вьётся ястреб одинокий,
Стоит боец, свой жребий осознав,
Внимая долгу в тишине глубокой.
Он здесь один — и всё же не один:
Он верный сын и властный господин.

Три матери ведут его на бой,
Три лика чистой, доблестной любви.
Одна — как небо над его судьбой,
Чей зов клокочет в пламенной крови.
Родина-мать, великий древний край,
Где в каждом вздохе слышен отчий рай.

Она дала ему и меч, и щит,
И ширь степей, и звон лесных ключей.
В её очах бессмертие горит,
В её призывах — гул стальных мечей.
За эту землю, в прах родных дорог,
Он ляжет сам, коль выйдет жизни срок.

Другая мать — что жизнь ему дала,
Храня в ладонях хрупкое тепло.
Она молилась, ждала и звала,
Когда на плечи бремя бед легло.
За каждый волос седой на виске
Он вражью сталь зажмёт в своей руке.

Та нить любви, что тянется сквозь тьму,
Его хранит от стрел и злой молвы.
Он служит ей — и лишь ей одному
Понятен смысл поникшей головы.
За колыбель, за нежность тихих рук
Он примет смерть и тяжесть смертных мук.

А третья мать — его детей оплот,
Та, что родит наследников в тиши.
Она — весна, что в будущем цветет,
И свет надежды для его души.
За детский смех, что завтра прозвучит,
Его рука врага не пощадит.

В нём три любви слились в единый стан,
В один порыв, в неистовый заслон.
Он жизнью самой в битве воплощён,
Своим бессмертьем крепко защищён.
За три завета воин в бой идёт —
И в этой правде вечность обретёт.