Письмо в весеннее небо

А.М.

В раздетом бесстыдстве,
в боящейся дрожи ли,
но дай твоих губ неисцветшую прелесть:
я с сердцем ни разу до мая не дожили,
а в прожитой жизни
лишь сотый апрель есть.

                Владимир Маяковский



Привет сдалека.
                Две тысячи двадцать шесть.
Пишу, увы, неразборчиво,
                плохо, грязно.
Пишу, ибо душа разгулялась
                и силы есть.
Без инициалов,
                но коль пишу в никуда, —
                то неважно.

К весеннему небу,
                ни каким-нибудь другом, ни братом;
простым человеком
                с обычной Земли я пишу.
Если кто меня вспомнит
                в далёком-далёком там,
передайте:
                «Тоже помню,
                люблю и дышу!»

                I

Конец ноября. Рассветает;
                небо прячется в пододеяльник.
Здесь всё жмётся от холода,
                а у тебя в это время — апрель.
Лишь редко дожди
                омывают следы незалеченных ранок,
и тихо рыдает,
                кто их с весны
                залечить не успел.

Наши тучи граничили,
                но небосвода бескрайняя пропасть
их вечностью разделяла,
                не допуская малейшей встречи.
Под вечер,
                в привычных делах утомлённо роясь,
я увидел твой силуэт.
                Увидел, как он
                перешагивал вечность.

Ангелы разного неба,
                разных полюсов дикие звери.
Абсурдная встреча
                двух разных, размытых созвездий.
Тени враждующих трупов
                великих империй,
спустя столько лет
                одиночных союзов,
                встретились.

Бок о бок с тех пор
                возводили взаимного счастия здания.
Вопреки всем законам,
                небесам и богам вопреки.
В радости вместе,
                вместе в слезах и страдании.
"До тех пор, пока из шёлка вселенной
                не начнут
                вышивать платки!"

                II

В который раз по снегам
                мы с тобою гуляли и пели,
но внезапно я начал
                с небесных соскальзывать скал.
Не устояв на ногах,
                стал быстро падать в объятья метели.
Боялся падать один
                и, вниз срываясь,
                тебя обнимал.

И вот, куда-то сквозь тучи
                мы отчаянно вместе неслись;
весь полёт твои руки я
                сжимал со всех птичьих сил.
Твой взгляд ощущал.
                Приземлившись, подумал: спаслись!
Сжал ладони —
                пусты.
                Отпустил.

Где ты теперь?!
                Куда ветра унесли твои перья?
В какой из углов
                этой до смешного широкой планеты?
Может, сбросила их
                раньше меня? Жизнь, отопри же закрытые двери!
Я вслед за ней полечу!
                Поползу...
                Только где ты?

Ни звука, ни отзвука;
                воздух спёрт и закрыт на засов.
Мечусь и рыщу;
                ищу в ущельях и в каждом пруду. 
Куда не иду —
                ба! Своих же не вижу следов.
В воду гляжу —
                вижу дом,
                лишь себя не найду.

                III

Прости, что не смог,
                отчаянный, глупый, влюблённый,
тебя отпустить;
                хотел тебя сохранить на весь век!
Любовью любил
                хоть и искренней, но раздроблённой.
Ненормальной любовью,
                больной...
                зато как Человек.

Пусть уже не разглядишь
                через столько сражений и вёрст
ни бесконечных «спасибо»,
                ни отчаянных, слёзных «прости»;
ни инициалов своих,
                разложенных в небе кусочками звёзд,
и пусть совсем другие
                сердца прижимаешь
                к груди, —

через вечность — услышь!
                Пусть города все расступятся в стороны,
и океаны взволнует
                над ними мой пролетающий крик.
Пусть миллиардными стаями
                горланят мольбы мои вороны,
лишь прошу:
                перед вечной разлукою —
                не оттолкни!

Спасибо за всё!
                Пусть лишь пару секунд тебя знал,
память навек обручилась
                с мгновеньями этими.
С тем, как в тревожную бездну
                срываясь, тебя обнимал.
С тем, как впервые
                тебя в небесах своих
                встретил.

9 марта 2026, 7:34