Во внутреннем океане сердца

Когда ты была так добра ко мне,
а я так холодна, закрывая
своё сердце от других.
Я боялась осуждения в свою сторону,
и я не рассказывала тебе ни
об одной детали своей жизни.
Я скрывала всё, что было дорого мне,
и не касалась ни одной важной детали,
чтобы не было задето моё сердце,
которое однажды раскололи
на тысячи осколков.
И оно засияло внутренним светом
изнутри моего разбитого хрусталя.

Я стала очень осторожной
и предусмотрительной
к каждому человеку вокруг себя,
не доверяя никому из них.
Я мечтала об одном —
открыть своё сердце тому,
кто будет способен его увидеть
и по-настоящему остаться
со мной до конца.

Не быть поверхностным,
но тем, кто, войдя
в мой внутренний мир,
останется в нём до конца,
снимая с себя тысячи масок,
за которыми я раньше себя прятала
как способ защиты,
в которой я выживала.

Из раза в раз, от случая к случаю,
я боялась осуждения
и ненависти со стороны
и открыто себя прятала,
скрывая все грани своей личности.
Не показав ни одной,
я пыталась себя изменить,
подстроиться под других,
чтобы выглядеть как все
и не выделяться из толпы.

И у меня не получалось.
У всех получалось быть
в личном взаимодействии со всеми,
а я всё время была
тем одиноким человеком,
который наблюдал со стороны
и тихо плакал ночью,
когда не было никого рядом.
Я мечтала оказаться на том месте,
где однажды навсегда стану своей
и мне не придётся прятаться
за тысячами масок,
ища чужого одобрения и любви,
от которого я так сильно зависима.

Потому что я так
сильно нуждаюсь
в чьей-то любви со стороны,
но отталкиваю
каждое её проявление.
Я ищу родственные связи,
которые навсегда свяжут меня
с другими людьми,
где я буду кому-то
по-настоящему нужна.
Не за ту внешность,
на которую они посмотрят,
а за то сердце,
которое они увидят однажды.

И в тех объятиях,
в которых они захотят
оказаться однажды,
увидев, как чистые
и красивые лучи
падают на это
внутреннее касание
сердца и души,
которое идёт из
глубины сердца.

Где эти шипы внутренней
защиты спадут,
и внутренний холод уйдёт,
забрав всю боль,
которая прочно осела
и отпечаталась внутри,
напоминая о прошлых
разочарованиях.

Что, больше
не желая испытывать
те же внутренние раны,
они лишь старыми
ожогами и ранами
прочно стирали все
старые воспоминания,
которые медленно
и постепенно стирались.
Все эмоции, на которых
расцветали слезы
недавно высохшей боли,
по которым эта
серебряная тропа души
вела глубоко внутрь,
собирая каждую каплю своей боли.

Она стала чистым, очищенным
внутренним кристаллом сердца,
которое так ярко сияет для других,
освещая их внутренние слезы
по серебряной тропе их души.
Где они медленно, но верно,
постепенно, день за днём,
узнавали себя,
роняя каждую слезу,
которая стала их
очищенным кристаллом
во внутреннем океане их сердца.