Я в двадцать лет уж мог себе представить,
Как старикам не трудно умирать,
Когда под солнцем есть чего оставить.
В семнадцать лет я мог представить смерть
Во всем ее трагическом величьи.
Во всем ее холодном безразличьи.
В шестнадцать лет душа была полна
Гордыней разума. И Богом отдана
На испытанья. (Нынче все обычно).
Там первый опыт радости вдвоем.
И первый шрам несчастья разобщенья
Во взглядах. В ожиданиях. Во всём.
В семнадцать лет, не в первый раз запев,
Я в первый раз почуял что художник
Внутри растит на рану подорожник.
Когда чуть позже взял гитару в руки,
Я стал причиной чужестранной скуки
И чужестранной бурной похвалы.
Закусками там греют глаз столы
Иль зал заполнен зрителем желанным.
Там встреча с лицемерьем. Кислым. Чванным.
Мерзейшем обаянием вранья.
Великий в мненьях — но ничтожный я.
Ничтожный в мненьях — но великий я.
Июль 1994
Ода юности
© Copyright: Дмитрий Файнштейн, 2026
Свидетельство о публикации №126030806952
Свидетельство о публикации №126030806952
Рецензии