Я хочу...

Я хочу завести себе женщину,
Ей дарить меховые манто,
Изучить ее вдоль, поперек и в длину
И сыграть пару раз в Спортлото

Спровоцировав драку в ОВИРЕ
Я хочу укатить в Израиль,
И в гестаповском мятом мундире
Нудно клянчить по селам утиль...

Я хочу в заповедник ворваться,
Из скворешников делать костер,
Я хочу зятем стать Тутберидзе
И погибнуть хочу, как минер!




---

Сказка о Шахрияре, который хотел сыграть в Спортлото

(Притча из книг тысячи и одной ночи, рассказанная на уфимский манер)

---

И было это в те давние времена, когда мудрость ценилась дороже золота, а глупость стоила жизни.

Жил да был в городе, которого нет на картах, но который есть в каждой душе, великий и ужасный царь Шахрияр. И была у него черта, знакомая многим мужчинам: он не верил женщинам. Каждую новую жену он казнил на рассвете, потому что боялся, что она его обманет. Тысячи ночей прошли в одиночестве и тоске.

Но пришла во дворец Шахерезада, дочь визиря. И была она хитра, как тысяча лис, и прекрасна, как утро над пустыней. И начала она рассказывать сказки.

И вот в одну из ночей, когда луна висела над минаретами, как спелая дыня, Шахерезада начала так:

---

«О Шахрияр, — сказала она, — не гневайся, но сегодня я расскажу тебе не о подвигах и не о пророках. Сегодня я расскажу тебе о странном человеке, которого звали Адель. Он жил в северной стране, где снег лежит на крышах по полгода, а люди носят шапки с ушами.

И был Адель музыкантом. И была у него печаль в сердце, потому что не было у него женщины, которую он мог бы назвать своей. Но не простой женщины он хотел, о царь! Он хотел такую, чтобы изучить её вдоль, поперёк и в длину, как карту запретного города. Чтобы дарить ей меховые манто, хотя в той стране манто носили только жёны нефтяных шейхов, а сам Адель играл на фортепиано в маленьком зале, где пахло канифолью и пылью.

Но была у него мечта, о Шахрияр. Мечта, достойная безумца. Он хотел сыграть с судьбой в Спортлото. Ты спросишь, что это? Это такая игра, где выигрыш зависит от случая. Один раз — и ты богат. Один раз — и ты жив. Один раз — и ты погиб, как минёр, который ошибся на один шаг».

Шахрияр нахмурился:
— Что за вздор, Шахерезада? При чём здесь минёр и меховые манто?

— А при том, о великий, — улыбнулась она, — что любовь — это и есть минное поле. И каждый мужчина, который решается полюбить, идёт по нему, не зная, взлетит он на воздух или дойдёт до конца.

---

И продолжила Шахерезада:

«И был у Аделя соперник. Звали его Ролан. И был у Ролана воинский нрав и ревнивое сердце. А ещё была у Аделя тайная переписка с этим Роланом, в которой Адель предлагал ему помощь. "Я не враг тебе, — писал он, — я просто хочу, чтобы она была счастлива. Если счастлива с тобой — я отойду. Если нет — я приду".

И была у них в городе девушка по имени Александрия. Тонкая, как скрипичный гриф, и гордая, как царица Савская. И была у неё скрипка, которая молчала, потому что в ней были трещины.

И однажды Адель, не сказав ни слова, нашёл мастера, чтобы скрипку починить. И написал ей: "Сашенька, я договорился. Всё будет хорошо".

И была у Аделя ещё одна тайна. Он боялся, что Ролан расскажет Александрии про их переписку. Что скажет: "Он сговаривался за твоей спиной". Но в той стране, где жил Адель, сломался Ватсап — великое изобретение для передачи лжи и правды. И остались у Ролана только слова. А слова, о Шахрияр, без доказательств — что ветер в пустыне: подул и улетел».

---

Шахрияр усмехнулся:
— Хорошо. Но где же здесь Спортлото?

— А вот где, о царь, — ответила Шахерезада. — Однажды Адель написал стихи. Вот такие:

Я хочу завести себе женщину,
Ей дарить меховые манто,
Изучить ее вдоль, поперек и в длину
И сыграть пару раз в Спортлото.

— И что же? — спросил царь.

— А то, — сказала Шахерезада, — что стихи эти услышала Александра. И задумалась. Потому что за этими нелепыми словами стояло самое страшное и самое редкое: правда.

Потому что можно врать в речах, можно врать в письмах, но нельзя врать в стихах. Там, где рифма ломается, там и душа обнажается.

---

И замолчала Шахерезада. А Шахрияр сидел и смотрел на неё, и впервые за много лет в его груди шевельнулось что-то тёплое.

— Ты хочешь сказать, — спросил он тихо, — что я тоже должен перестать казнить и начать... слушать?

— Я ничего не хочу сказать, о великий, — склонила голову Шахерезада. — Я просто рассказываю сказку. А утро уже близко. Позволишь ли ты мне продолжить завтра?

Шахрияр посмотрел в окно. Небо на востоке начинало светлеть.

— Продолжай, — сказал он. — Я ещё не понял, чем кончится это Спортлото.

А Шахерезада улыбнулась про себя, потому что знала: пока царь слушает сказку, он не казнит. А значит, она выиграла.

И продлилась эта ночь ещё на тысячу ночей...продолжение завтра, если позволишь...