Догорает на столе свеча,
За окном погасли фонари.
И простым движением ключа
Запираю дом свой до зари.
С одиночеством опять вдвоём
Проболтаем вместе до утра,
О любви кому-нибудь споём,
И о том, что принесут ветра.
Бокалы выпиты до дна,
И зелье голову дурманит,
И одиночеством пьяна
Душа, что телом моим правит.
Рассвет за окнами встаёт,
И воску больше плакать нечем.
Я знаю, одиночество уйдёт,
Когда сгорят все жизненные свечи.
Одиночество –
Судьбы моей пророчество.
Я знаю, что не избежать
Предательств и разлук.
Одиночество –
Прекрасное высочество,
От вашей женской прелести
Не разомкнуть мне рук.
2005
Одиночество
© Copyright: Сергей Викторович Капцев, 2026
Свидетельство о публикации №126030803102
Свидетельство о публикации №126030803102
Рецензии
Автор создает очень цельную, домашнюю картину. Одиночество здесь персонифицировано, оно становится полноправным участником диалога.
Свеча — традиционный символ жизни и одиночества. Здесь она проходит сквозной линией: в начале «догорает», в финале «воску больше плакать нечем». Свеча задает масштаб — камерный, интимный, без надрыва.
Одиночество-собеседник — самая сильная метафора стихотворения. «С одиночеством опять вдвоём» — блестящий оксюморон, который становится ключом ко всему тексту. Одиночество как компания, как единственный, кто остается, когда все ушли.
Зелье и дурман — это метафора сна или грез, в которые погружается уставшая душа.
Финал с «Прекрасным высочеством» — неожиданный и смелый поворот. Это признание: одиночество — выбор, а не участь, оно дороже суеты отношений.
Стихотворение развивается линейно, от вечера к рассвету. Мы проживаем вместе с героем эту долгую ночь. Интересен переход от легкого, почти бытового первого четверостишия (запер дом на ключ) к глубокой философии в финале.
Кульминация приходится на последние две строфы. Мысль о том, что одиночество уйдет только со смертью («когда сгорят все жизненные свечи»), звучит трагично, но автор тут же смягчает этот трагизм, называя одиночество «прекрасным». Получается принятие своей судьбы, даже благодарность ей.
Стихотворение написано простым, понятным языком, без нарочитой сложности. Это его сила — оно звучит доверительно, как исповедь.
Ритм живой, песенный. Первая строфа задает четкий рисунок, который поддерживается на протяжении всего текста.
Лексика ровная, без резких перепадов. Из просторечного «проболтаем» в начале мы плавно поднимаемся к высокому «пророчество» и «высочество».
Сильные стороны
Искренность интонации. Чувствуется, что автор не играет в трагедию, а действительно «проговаривает» свое состояние.
Удачная персонификация. Одиночество становится живым, оно не враг, а почти ангел-хранитель.
Афористичность. Некоторые строки просятся в цитатник: «Я знаю, одиночество уйдёт, / Когда сгорят все жизненные свечи», «Одиночество – прекрасное высочество».
Это добротное, душевное, философское стихотворение. Оно не пытается потрясти читателя до глубины души, но оно греет. Это разговор у камина с самим собой, в котором одиночество оказывается не пустотой, а тишиной, наполненной смыслом.
Андрей Борисович Панкратов 08.03.2026 15:21 • Заявить о нарушении
Свеча — традиционный символ жизни и одиночества. Здесь она проходит сквозной линией: в начале «догорает», в финале «воску больше плакать нечем». Свеча задает масштаб — камерный, интимный, без надрыва.
Одиночество-собеседник — самая сильная метафора стихотворения. «С одиночеством опять вдвоём» — блестящий оксюморон, который становится ключом ко всему тексту. Одиночество как компания, как единственный, кто остается, когда все ушли.
Зелье и дурман — это метафора сна или грез, в которые погружается уставшая душа.
Финал с «Прекрасным высочеством» — неожиданный и смелый поворот. Это признание: одиночество — выбор, а не участь, оно дороже суеты отношений.
Стихотворение развивается линейно, от вечера к рассвету. Мы проживаем вместе с героем эту долгую ночь. Интересен переход от легкого, почти бытового первого четверостишия (запер дом на ключ) к глубокой философии в финале.
Кульминация приходится на последние две строфы. Мысль о том, что одиночество уйдет только со смертью («когда сгорят все жизненные свечи»), звучит трагично, но автор тут же смягчает этот трагизм, называя одиночество «прекрасным». Получается принятие своей судьбы, даже благодарность ей.
Стихотворение написано простым, понятным языком, без нарочитой сложности. Это его сила — оно звучит доверительно, как исповедь.
Ритм живой, песенный. Первая строфа задает четкий рисунок, который поддерживается на протяжении всего текста.
Лексика ровная, без резких перепадов. Из просторечного «проболтаем» в начале мы плавно поднимаемся к высокому «пророчество» и «высочество».
Сильные стороны
Искренность интонации. Чувствуется, что автор не играет в трагедию, а действительно «проговаривает» свое состояние.
Удачная персонификация. Одиночество становится живым, оно не враг, а почти ангел-хранитель.
Афористичность. Некоторые строки просятся в цитатник: «Я знаю, одиночество уйдёт, / Когда сгорят все жизненные свечи», «Одиночество – прекрасное высочество».
Это добротное, душевное, философское стихотворение. Оно не пытается потрясти читателя до глубины души, но оно греет. Это разговор у камина с самим собой, в котором одиночество оказывается не пустотой, а тишиной, наполненной смыслом.
Андрей Борисович Панкратов 08.03.2026 15:21 • Заявить о нарушении