Не чини то, что и так прекрасно

Был безупречен тот фарфоровый кувшин.
В него влюбился мастер без ума, без лести.
Божественный узор на нём из сказки - "Аладдин".
Хотя порой казалось: не хватает блеска.

Решил: не велика беда, его я доведу до идеала,
Ведь глина стерпит, да и мастер - я!
Но в этот миг рука кувшину горлышко сжимала
И вниз по корпусу пошла чуть видимая трещинка-змея.

И мастер пил потом из глиняной пиалы,
А каждый раз, когда в ней плеск воды звучал,
Ему всё чудилось: у кувшина по щеке слеза сбегала.
Он больше не звенел - обиженно молчал.

И понял он тогда, что истина проста:
Коль любишь - не чини то, что и так прекрасно.
Иначе разобьётся в дребезги мечта,
Только осколки соберёшь... И это ли не ясно?

Но почему же, научённый горькою утратой,
С другим сокровищем он поступает так же, как с кувшином?
Зачем, любуясь тонкой, дивной ладой,
Решил, что рядом с ней он станет господином?

И не была она фарфоровой, и не была кувшином.
Та женщина была из плоти, с нервом, с кровью.
Смеялась солнцу, восхищалась небом синим
И принимала жизнь с распахнутой любовью.

Ему казалось: я люблю - и значит, вправе
Исправить жест, и тон, и  взгляд печальный.
И думал: потерпи, я сделаю на славу,
Ты станешь выверенной мною, идеальной.

Он горло ей сжимал, когда хотела крикнуть,
Лишний блеск стирал, когда хотела спорить.
И думал, что любовь к добру приникнет,
Но трещины пошли - не залечить, не смыть, не тронуть.

И вот стоит пред ним она - живая,
В глазах её тот самый, давний и немой укор.
Он душу надвое, как тот кувшин, ломая,
Услышал вместо песен - ледяной, обидный приговор.

И вспомнил он кувшин и звук в пиале,
И трещину, что по сердцу прошла.
Тот трепет душ, что был у них в начале,
И прошептал: "Прости меня за муки, что ты перенесла.

Прости меня. Я понял всё из той пиалы,
Где в плеске мне всё слышался кувшина плач.
Красавица моя, как оба мы устали
От исправлений, от обид и неудач".

Коль любишь - не чини, дыши и преклоняйся.
Не смей касаться, чтобы вылепить себе под стать.
Коль любишь - растворись и улыбайся,
Позволив ей - собой всегда, до слёз, до хрипоты и до конца сиять.

Рисунок сгенерирован GigaChat