Команда старого корвета

Сбросил месяц в сумрак силуэты 
И фонарный влажный свой венец, 
Наш корвет, усталый и раздетый 
Вышел в ночь, как на свидание юнец. 

Он скрипит разбитыми боками, 
Солью он пропитан до костей, 
Но глядит упрямыми глазами
На дорогу звездных городов-огней. 

За кормой — прибрежные заботы, 
Пыль причалов, сплетни, суета, 
Мы прошли и штормы, и работы, 
Где до крови обдиралась простота. 

Била в трюме черная прохлада, 
В шторм стирала небо до нуля, 
И скрывала бешеные клады 
Буря, в глубине волной шаля

Мы горели в порохе слепящем, 
В искрах, как в салютах городов, 
Шли сквозь шквал шеренгою гудящей 
Мачт, канатов, мокрых парусов. 

Нам свистели ядра мимо уха, 
Гнулся борт, но устоял хребет, 
Капитан глушил беды разруху, 
Прикусывая трубку-амулет. 

Из шторма, словно бы из пекла, 
Вышли с хрипом мы в рассвет
Пахло гарью парусина блекла.
огонь в глазах не гаснет! Нет!

Шли по глади, тихой, до обмана, 
Где вода — как зеркало в тоске, 
За покоем притаилась рана, 
Что  заживёт потом в реке.   

Мы прошли и огненные вехи, 
И водный холод, и оркестра медь, 
Остались в этой круговерти
Все, ещё не склонные сидеть. 

И пусть за горизонтом крохи 
И суша светит робкою свечой, 
Корвет, испитой чашей вздоха, 
скользит, как ветер молодой. 

И пока в глазах у нас дорога, 
Соль на губах и смех в груди, 
не станем мы просить у Бога.
Порта, что позволяют не идти. 

Когда, допив свои туманы, 
погасим мы шторма и ураганы, 
За корабли, за огненные шрамы 
Поднимем мы из якоря стаканы,