А любовь моя, как птица, лищь одним тобой томится

У Калерии был короткий студенческий роман. Она училась на экономическом, а Алексей – на филологическом. Пылкие переглядки в столовой, украдкой касающиеся при встрече руки, редкие посиделки и нежные объятия в парке между лекциями. Калерия ценила эти мгновения легкости и беззаботности, словно глоток свежего воздуха в рутине учебы. Алексей завораживал ее своим цитированием Есенина и взмахом непокорной пряди волос, спадающей на глаза. Он казался ей последним романтиком, не от мира сего. Вечно витал в облаках, в своих фантазиях о написании грандиозного романа, покорившего мир. Калерия же отличалась практичностью, твердо стояла на земле и верила в силу чисел и финансовых прогнозов.

Их роман развивался стремительно. Бессонные ночи за учебниками, совместные походы в кино, прогулки по осеннему парку, усыпанному золотой листвой. Калерия была счастлива, как никогда раньше. Она верила, что это начало чего-то большого и важного, что Алексей – тот самый человек, с которым она проведет всю жизнь.

Но все хорошее имеет свойство заканчиваться. После окончания курса на горизонте замаячило распределение. Калерия, будучи отличницей, получила заманчивое предложение работы в крупной компании в другом городе. Алексей же мечтал о преподавательской деятельности и получил распределение совсем в другой город.

Жизнь оказалась более прозаичной. Алексей, как выяснилось, не был готов к серьезным переменам в своей жизни. Они обнялись на прощание, сдерживая слезы, и разъехались по разным городам.

Калерия долго переживала, оплакивая несбывшиеся мечты. Она пыталась понять, что пошло не так, винила себя, но постепенно осознала, что это был его выбор.

Прошло несколько лет. Калерия стала успешным экономистом, работала в крупной компании, строила карьеру, встретила другого человека. Но воспоминания о коротком романе с Алексеем остались в её памяти, как томительная грусть о юности и первой любви.

С годами воспоминания потускнели, заслоненные новыми событиями и лицами. Но иногда, услышав стихотворение Есенина, Калерия невольно вспоминала Алексея и тихие посиделки в парке, залитом лучами заходящего солнца. И ей казалось, что где-то далеко, в другом городе, он тоже думает о ней.

Она вышла замуж за успешного чиновника, но не по какой-то большой любви, скорее поджимал возраст. Он сделал предложение, она согласилась. Они вырастили двоих детей, но между ними не случилось теплых отношений, как рассчитывала Калерия. Со временем дети выросли, обзавелись семьями. Бушуюшая страсть мужа со временем утихла, они отдалились друг от друга, и их расставание не стало друг для друга болезненным ударом.

* * *

Судьба снова свела их. Да, вот так, в 50, поехала в отпуск на море и влюбилась. В Алексея. Случайно встретились на пляже. У него поседели виски, но всё те же глаза, цвета морской гальки, всколыхнули в ней забытые чувства. Он читал Хемингуэя на пляже и держал в секрете, что пишет стихи. Калерия Павловна внезапно ощутила себя юной девчонкой. В голове крутились строчки позабытого автора: "Я не знала, что так бывает, и со мной это всё случится, что по грешной Земле ступая, я летаю, как будто птица!"

Вечерами они гуляли по набережной, слушали шум прибоя и говорили обо всем на свете. Алексей рассказывал о бывшей жене, Калерия Павловна – о несложившейся личной жизни. И каждый раз, когда их руки случайно соприкасались, по телу пробегала искра. Их так сильно влекло друг к другу, что они не могли сдержать своей страсти  и целовались под каждым кустом или деревом.

Отпуск закончился. Калерия возвратилась в серые будни, в отчеты и балансы. Алексей остался на побережье, в своей маленькой, но уютной квартире с видом на море. Перед отъездом он подарил ей листок со стихотворением, посвященным ее глазам, в которых, по его словам, отражалась "тайна его грез".

Дома, в Москве, Калерия Павловна повесила листок над рабочим столом. Она больше не могла смотреть на цифры. Ей казалось, что где-то море шепчет о любви, а Алексей – о новой жизни вместе с ней. Она решилась. Продала квартиру, отдала деньги детям, уволилась с работы и купила билет в один конец. Он встретил ее на вокзале с цветами и сияющими глазами. "Я приехала навсегда", – сказала она, и Алексей крепко обнял ее, и весь мир, казалось, разделял их счастье.

* * *

Жизнь на побережье оказалась совсем не такой, как представлялось в мечтах. Калерия обустраивала их скромное жилище, готовила ужины, засадила придомовую территорию розами, дельфиниумами.

Со временем море больше не манило ласковым прибоем, не шептало сказки на закате. Оно штормило, выплескивало на берег водоросли и битые ракушки, будто напоминая о своей суровой, равнодушной природе, усиливая меланхолию холодными ветрами.

Калерия скучала. По детям. По шумным улицам города, по подругам, с которыми можно было поболтать за чашкой кофе, по книжным магазинам и театрам. Здесь, на побережье, время текло медленно и однообразно, как в стихотворении Гумилева: "Однообразные мелькают все с той же болью дни мои, как будто розы опадают"...
Она пыталась найти радость в мелочах – в цветении роз, в пении птиц, в редких визитах соседки,– но тоска поселилась в ее сердце, разъедая его, словно ржавчина.

И с Алексеем что-то разладилось, прежней искры, казалось, уже не было. Он все так же любил читать Хемингуэя, писал свои стихи, или роман, но теперь чаще молчал, погруженный в свои мысли. Калерия Павловна старалась не замечать его отстраненности, но в душе, как в клетке, поселилась тоска.

Однажды вечером, когда они сидели на побережье, наблюдая за закатом, Калерия Павловна не выдержала. "Алексей, что с тобой? Почему ты стал таким чужим?" Он долго молчал, глядя на горизонт, а потом тихо ответил: "Я не молод, Калерия. И не герой твоего романа. Я просто старый человек, который любит море и тишину".

Ее сердце сжалось от боли. Неужели она ошиблась? Неужели все это было лишь иллюзией, навеянной морским бризом и отпускной романтикой? Она собрала свои вещи. "Я уеду", – решила она, стараясь сдержать слезы. "Ты заслуживаешь большего, Калерия", – произнес Алексей, не поднимая на нее глаз.

Она уехала, оставив позади море и несбывшуюся любовь. Вернулась в Москву, сняла маленькую квартиру на окраине и устроилась на работу бухгалтером. Цифры, отчеты, балансы – все это казалось теперь таким родным и понятным. Ночами, глядя в окно на городские огни, Калерия Павловна вспоминала море и свою единственную настоящую любовь.

Время шло. Калерия Павловна с головой ушла в работу, стараясь заполнить пустоту в душе. Она общалась с коллегами, посещала танцевальные курсы, бассейн, ходила с подругами в театр. Жизнь постепенно налаживалась, приобретала привычные очертания. Но порой, в тихие вечера, ее мысли возвращались к морю и... к нему. Мысленно она обнимала его, плакала в подушку и гадала, как он там, на побережье, что делает? пишет ли свой роман, стихи и помнит ли о ней? Во сне ей снилось море, шум прибоя, их побережье и объятия Алексея.

Однажды, спустя год после возвращения, Калерия Павловна получила открытку. На ней была изображено море и строчки: "Люблю. Алексей". Он писал, что скучает, что его жизнь без нее стала пустой и бессмысленной. Он просил прощения за свою ошибку. Писал, что понял, как сильно ее любит, и что готов измениться ради нее.

Калерия Павловна плакала, читая его строки. Она поняла, что ее любовь никуда не исчезла, что она все еще живет в ее сердце. Она взяла билет на ближайший поезд и отправилась к новой главе своей жизни. Ведь никогда не поздно любить...

При встрече, она увидела в его глазах искреннюю радость и надежду.
Они долго говорили, он рассказал о своих муках, о том, как боялся, что ее городская жизнь окажется ей дороже, чем он сам. Калерия Павловна в ответ, что все его сомнения были напрасны, поведала о своей тоске, о том, как ей не хватало его тепла и близости.

Они решили начать все сначала, построить свои отношения на доверии и взаимопонимании. Вместе отремонтировали квартиру, снова посадили цветы,  создавая маленький уютный мир, в котором им было хорошо. Калерия нашла удаленную работу, научилась ценить простоту и красоту жизни на побережье, а по вечерам они долго пили чай, созерцая море, Калерия вязала ему теплый свитер, а Алексей читал ей главы из своего нового романа.

Их любовь вспыхнула с новой силой. Они поняли, что истинное счастье в готовности принять друг друга такими, какие есть, с достоинствами и недостатками.

Жизнь потекла размеренно и спокойно. Они завели собаку, большую и лохматую, которая стала их верным компаньоном в прогулках по берегу. Иногда вечерами они сидели у костра, смотрели на звезды и мечтали. Мечтали о долгой и счастливой старости вместе.

Годы шли, казалось, их любовь только крепла. Они по-прежнему смотрели друг на друга с той же нежностью, что и в первую встречу. Казалось их любовь способна преодолеть любые преграды. ...


Но в 60 лет Алексей влюбился в соседку- курортницу. Она была молода и игрива, из тех женщин, мимо которых не может пройти мужчина, и Алексей не устоял. Стал пропадать из дома, не обьясняя свои отлучки.

Калерия почувствовала неладное. Она видела отражение какого-то другого Алексея – счастливого, помолодевшего, в котором кипела жизнь. Она не стала устраивать сцен, а когда Алексей вернулся особенно сияющим, она просто спросила: "Кто она?"

Он смутился, отвел взгляд, но врать не стал. Рассказал все, как на духу – о внезапно вспыхнувшей крышесносной страсти к молодой соседке.                Калерия слушала молча, с непроницаемым лицом. Внутри нее бушевал ураган – боль, обида, ревность, смешанные с какой-то странной жалостью к этому старому ловеласу... Она понимала, что это всего-лишь курортная интрижка и ненадолго.

"И что ты собираешься делать?" – спросила она, когда он закончил свой сбивчивый рассказ. Он пожал плечами, опустив голову. "Я… я не знаю. Я люблю тебя, Калерия. Но и ее тоже…"

Что-то сломалось в ней. Все, что она строила годами, рухнуло, как песочный домик.
Слезы, обжигая щеки, потекли из глаз. Какая глупость на кого-то рассчитывать в этой жизни! Какая глупая наивность всю жизнь любить мужчину, который не способен оценить твою любовь и готов разменять ее на интрижку! Что теперь делать? Как жить? Куда идти? Эти вопросы вихрем проносились в голове, не находя ответа. Ощущение беспомощности сковывало разум, парализуя волю. Нет, она не сломается. Уедет. Выживет. Она построит все заново, еще лучше, только теперь уже для себя одной...