Блестела Балтика над горизонтом
Так нежен был залив.
Стояли с Борькой мы под зонтом,
Вдвоём литрушку раздавив.
Он говорил: «Давай к нам в Питер.
Ты, брат, большой поэт!»
Я отвечал, забравшись в свитер:
«Не могу, Бориска, нет.
Не вхожь наш брат в палаты Блока,
Но, честно! К Рейну б заскочил.
А стал бы я известным… ну-ка?…
Коров бы кто кормил?»
«Ой, и душа!» — воскликнул Борька. —
«Стихи на сено променял.
Эх, горько, Лёша, очень горько,
Что ты в селе пропал».
«Господь с тобой, дружище милый,
Брось ты свой Питер! Го со мной?
Там преисполнишься ты лирой,
Забудешь путь домой.
Поймёшь тогда, что строчки — это
Литературный эвфемизм,
Которым сумасшедшие поэты
Безумную смягчают жизнь.
А есть и то, что всех нас больше!
До первой зорьки на страде
Душе тоскливо, телу горше
В рубашке русской на земле».
Свидетельство о публикации №126030608716